Шрифт:
Он развернулся и ушел, на этот раз окончательно.
Я зашел в свою комнату и сел в позу лотоса. Плохо, плохо… Ничего не понятно.
Сочувствующий Джимми, чужая воля во время схватки, охранники, которые главные… Что, черт возьми, происходит?
Дверь открылась. Судья поманил меня пальцем. Я подхватил меч и пошел следом.
– Все-таки решил мечом, Прет? – довольно ухмыльнулся судья.
Я не ответил.
Шигео стоял напротив. Коротконогий, с кривыми зубами и неровно подстриженными усами, он сжимал в руке выщербленные нунчаку красного цвета. У него были совершенно белые глаза, заглянув в которые, я ужаснулся. Этот тип был абсолютно ненормален.
Я вежливо поклонился, Шигео не ответил на мой поклон. Я опустил меч к земле. К черту! Я не буду драться. Если этой чужой воле нужна моя победа, пусть она о ней и беспокоится.
Меч сам взвился в воздух, мое тело, словно подброшенное пружиной, кинулось к Шигео. Удар с лета в голову пришелся мимо, но затем меч засверкал, заметался искрами, лезвие плашмя звонкими шлепками дотягивалось до Шигео. В углах его рта показалась пена, он несколько раз пытался начать атаку, но мой меч легко пресекал ее в самом начале. От единственного удара в голову, который ему удалось нанести, я легко уклонился и лезвие глухо треснулось об его руки. Нунчаки выпали у него из рук и Шигео поклонился.
Бой был закончен. Я развернулся и пошел прочь, не заботясь об этикете. Что-то мне подсказывало, что никто не обратит на это внимания.
Я вышел в коридор и отправился в свою комнату. Там я сбросил кимоно и улегся на циновку. От меня ничего не зависело. Все происходило само собой – я чувствовал себя ненужным.
Так я лежал долго, никто не приходил. Постепенно мои мысли начали туманиться и я провалился в сон.
Выиграть сотню побед за сотню боев – не самое высшее достижение. Победить соперника без боя – вот высшая ступень мастерства.
Терпение – самое необходимое качество человека.
Соревнования – просто дополнительная тренировка.
Постоянно тренируй дух для того, чтобы если твое тело потерпит поражение, твой дух остался бы несломленным, незапятнанным.
Тренировки сложны и скучны. Ты должен предолеть эти чувства и продолжить усиленно работать.
Почувствовав атаку – птица атакует. Накапливай свои силы до тех пор, пока они действительно не понадобятся.
Теперь необходимо перенести мысли в действие. Иди тренируйся.
День 3
Будильник запищал знакомой трелью. Я удивленно открыл глаза – уже утро? Я проспал не меньше шестнадцати часов, но чувствовал себя еще более утомленным, чем накануне. Я поднялся с твердым намерением немедленно найти охранников, о которых говорил Джимми. Дверь была заперта. Я подергал за ручку, но она не открывалась. Я постучал – нет ответа.
Я отошел и сел обратно на циновку, потом, подумав, лег. Сегодня я не буду тренироваться – пусть чужая воля меня заставит это сделать, если сумеет.
Дверь открылась через два часа. На пороге стояли судьи.
– По законам соревнований вы имеете право на выбор оружия, – без приветствия начал один из них, – но мы просим вас выступить с оружием соперников, чтобы уравнять шансы. У вас слишком разительное преимущество.
Я безразлично кивнул, не поднимаясь с циновки.
– Пожалуйста, как вам угодно.
Дверь шелкнула, закрываясь. Мелькнула вялая мысль попросить не закрывать, но, поразмыслив, я понял, что меня это не интересует. Когда я захочу, я выйду.
– Эй, зеленый, – негромко обратился я к отверстиям в стене. – Ты тут? Зайди, я хочу поговорить.
Через несколько секунд на пороге появился человек в зеленом костюме.
– Как я могу вам помочь, Прет? Кстати, поздравляю вас со вчерашним боем, вы отлично справились с этим выскочкой Джимми.
Я махнул на него рукой.
– Скажи, пожалуйста, ты давно тут работаешь?
– Я всегда тут работал, Прет, – без тени эмоций ответил зеленый.
– Как тебя зовут?
– Зачем вам мое имя, Прет?
– Для удобства, – безразлично пожал я плечами, – но, если хочешь, я буду продолжать называть тебя зеленым.
– Продолжайте, – кивнул новоявленный Зеленый.
– Ты знаешь охранников Майкла и Рея?
– Конечно, – не удивился Зеленый. – Они единственные охранники в корпусе. А зачем вам?
– Давай договоримся, Зеленый, – в моем тоне появились угрожающие нотки, – если я что-то спрашиваю, ты не переспрашиваешь. Усек?