Присутствующие настолько опешили от этого заявления, что никто из них не нашелся с ответом.

– Кто это такой?
– сурово спросил Родрик, кивнув в сторону Лиама.
– И почему он одет в плащ с гербом Крайди?!

– Это герцог Лиам Крайдийский, - с поклоном ответил Брукал.
– Он унаследовал этот титул от его сиятельства Боуррика, скончавшегося от ран минувшей ночью.

– Ах вот как!
– взвизгнул Родрик.
– Унаследовал?! А меня спросить позабыли?! Не будет он герцогом, если я этого не пожелаю.

– Воля ваша, - сдержанно поклонился Лиам.

– Скажи спасибо, что отец твой умер своей смертью, плаксиво воскликнул король.
– Ведь он замышлял предательство, и я повесил бы его, останься он в живых! Все вы готовы предать меня при первой же возможности!

Услыхав столь незаслуженное оскорбление в адрес отца, чье тело едва успело остыть, Лиам схватился за рукоять своего меча. Брукал удержал его за руку. Жест этот не остался незамеченным королем.

– Что это?!
– воскликнул он.
– Ты хотел поднять оружие против меня, своего монарха?! Эй, стража! Схватить его и связать! Я прикажу повесить его, когда вернусь с поля боя!

К Лиаму бросились шестеро дюжих гвардейцев. По глазам окружавших его офицеров Западных армий и их подчиненных принц видел, что, скажи он хоть слово, и все эти люди бросятся ему на помощь. Им ничего не стоило бы уничтожить немногочисленную личную гвардию короля и освободить сына покойного Боуррика. Но это неминуемо привело бы к гражданской войне, и Лиам покорно протянул свой меч офицеру гвардии. Его отвели в пустовавшую палатку. Проводив принца гневным взглядом, Родрик с улыбкой обратился к Брукалу.

– Ты - один из немногих, кто остался верен мне, герцог! Ты поведешь в бой отряды Западных армий, а Восточными буду командовать я.

– Слушаюсь, ваше величество.

К Пагу, остановившемуся в нескольких шагах от герцога, неслышно подошел Лори и тронул его за рукав.

– Нам лучше вернуться в палатку, - прошептал он.
– Во всяком случае, мне. Ведь если король меня узнает, сидеть мне связанным вместе с несчастным Лиамом!

– Я пойду с тобой.

– Касами и Мичем уже ожидают нас там.

Через несколько часов, когда солнце поднялось над верхушками деревьев, в лагерь прибыли первые отряды Восточных армий. Вскоре, развернув боевые знамена, соединенные войска Королевства Островов двинулись на штурм цуранийских позиций в долине Серых Башен. Колонну возглавлял Родрик верхом на огромном черном жеребце.

– Теперь нам остается только одно - ждать, со вздохом сказал Паг, выходя из палатки.

– Этот венценосный безумец, похоже, ищет своей гибели, отозвался Мичем, сплюнув в сторону.
– Где это видано, чтобы король так рисковал собой?

– Одни боги ведают, что творится в его больной голове, затянувшись из своей трубки, пробормотал Кулган.
– Он не отвечает за свои поступки, но противоречить ему не осмеливается никто из его разумных и трезво мыслящих подданных. Да свершится же то, что угодно богам!

На закате в лагерь прискакал гонец в пыльном и запятнанном кровью плаще.

– Победа!
– возгласил он, спешиваясь и беря из рук подбежавшего слуги мех с вином.
– Меня прислал герцог Вандрос. Мы оттеснили неприятеля в середину долины и освободили все завоеванные цурани земли к востоку от Серых Башен. Это наш день!
– Он приник губами к меху и стал с жадностью пить вино. Струйки красной жидкости стекали с его подбородка, заливая грудь, но, не обращая на это внимания, солдат продолжал пить, пока не опустошил вместительный мех.
– Погибли Ричард Саладорский, граф Силденский и несколько других вельмож, сказал он, утолив якажду.
– А король наш ранен. Его скоро доставят сюда на носилках.

– Он что же, совсем плох?
– спросил Кулган.

– Ранен в голову, - флегматично отозвался гонец.
– Да вы и сами увидите.
– И, не говоря более ни слова, он направился к походной кухне.

Когда на поляну прибыли конные носилки с раненым Родриком, солнце до половины зашло за горизонт, окрасив палатки и примятую траву в зловещий багрово-красный цвет. Лицо короля было белым, как полотно. Его рыжеватые волосы слиплись от запекшейся крови, череп был рассечен цуранийским мечом. При одном взгляде на монарха всем собравшимся у носилок стало ясно, что он не протянет и нескольких минут.

– Отнесите его величество в мою палатку!
– распорядился Кулган.
– Я перевяжу его рану и напою его целебным снадобьем.

– Нет, не троньте меня, - слабым голосом возразил Родрик. Мне уже ничем нельзя помочь.

В наступившей тишине стало слышно, как дыхание со свистом вырывалось из его посиневших губ.

– Лиам...
– прошептал король.
– Приведите сюда Лиама.

Вскоре принц предстал перед Родриком в окружении гвардейцев, которые стерегли его, связанного, с самого утра.