– В общем, вы сказали, что хотите пригласить меня в ресторан, – выдохнула наконец молодая женщина. – И попросили позвонить через недельку.

Она подумала, что никогда еще, наверное, не чувствовала себя настолько глупо. Но назад пути уже не было, и она замерла в ожидании.

– Ах да, – повеселел вдруг мужской голос. – Ну конечно же я вас помню! И буду рад встретиться.

Сердце Линды было готово вырваться из грудной клетки. Неужели она это слышит?! Неужели это не сон?!

– Когда вам удобно? Как насчет завтра? – продолжал Патрик.

– Да, я свободна завтра вечером, – пролепетала медсестра.

Сюзанна, видя, как меняется выражение лица приятельницы – от испуганного к радостному, – уже готова была запрыгать от восторга.

– Ну и отлично, – подытожил мистер Шеридан. – Давайте я заеду за вами вечером. В котором часу вы заканчиваете работу, Эллин?

Дыхание Линды перехватило в одно мгновение. Эллин? То есть как? При чем здесь она? Она хотела было объяснить, что это звонит вовсе не Эллин… и осеклась, не начав. Ей вдруг все стало ясно. Ну конечно. Он намекал на ресторан не только ей, но и этой девице из приемного отделения! И почему-то решил, что сейчас именно с ней разговаривает!

– Ну так что, когда встречаемся? – переспросил мужской голос.

– В шесть, – совершенно безжизненно ответила молодая женщина и тут же положила трубку.

Сюзанна, даже не догадывающаяся о происшедшем, накинулась на нее с объятиями:

– Ну вот, я же говорила! А ты сомневалась, звонить или не звонить! Всегда теперь слушайся моих советов!

Линда почувствовала себя тряпичной куклой в руках ребенка. Ее обнимали и поздравляли, а она не могла ответить на радость приятельницы. Как не могла и выговорить правду.

Примерно через полминуты восторженных реплик Сюзанна заподозрила, что что-то не так. Уж слишком безучастна ко всему происходящему была коллега по работе. Белокурая медсестра отстранилась от нее, внимательно посмотрела в глаза, а увидев в них слезы, готовые вырваться на свободу, испугалась:

– Ты чего?

– Все в порядке, – сдерживая рыдания, ответила та. – Только Патрик Шеридан идет ужинать в ресторан не со мной, а с Эллин.

Сюзанна устаивалась на нее недоуменно:

– То есть как?

И Линда выложила ей подробности разговора. К концу короткого рассказа она уже не могла властвовать над эмоциями, и по щекам побежали ручейки слез.

Сюзанна оторопело молчала. Такого поворота событий она просто не ожидала!

– Ничего себе, – только и смогла выговорить она.

– Я знала, что из этой идеи ничего хорошего не выйдет, – прошептала расстроенная молодая женщина.

Приятельница вновь обняла ее. Она искала слова утешения, но не находила. Да и что можно было сказать?

Наконец Линде удалось взять себя в руки.

– Все, хватит, – произнесла она, вставая из-за стола. – Давай забудем об этой истории и пойдем по домам.

Сюзанна смотрела на нее с сожалением. Она уже была совсем не рада, что настояла на звонке!

Коллеги молча пошли в раздевалку, сменили униформу на обычную одежду и пошли по коридорам клиники к выходу.

И лишь когда настала пора прощаться, Сюзанна решилась нарушать молчание.

– Не переживай, – сказала она, как будто для этого достаточно было всего лишь приказать себе. – Нелепо все получилось, но что толку расстраиваться?

– Ты права, – отозвалась Линда. – Нужно жить дальше. Надеюсь, Эллин понравится ужин.

Она грустно улыбнулась, махнула рукой на прощание и побрела в сторону своего дома.

Линде плохо спалось в ту ночь. Даже сквозь накатывающую дремоту она слышала голос Патрика: «В котором часу вы заканчиваете работу, Эллин?». Глупо, глупо! Если бы можно было повернуть время вспять, то она никогда бы не взялась за телефонную трубку, даже если бы Сюзанна начала умолять ее, стоя на коленях!

Но у жизни, к сожалению, не предусмотрена такая функция – возвращаться назад и исправлять ошибки. Да и не ошибка это, в сущности. Молодой женщине просто в очередной раз указали на ее место. Рядом с таким красавцем, как Патрик Шеридан, нет места «серым мышам». Там могут находиться только такие, как Эллин, – броские, эффектные, видные девицы. Линда со своим элегантно-скромным стилем никому не нужна. Именно поэтому она проведет завтрашний вечер перед телевизором, а не в ресторане.

Лишь когда время перевалило далеко за полночь, ей удалось уснуть. Впрочем, сон не принес облегчения, и на другой день она встала совершенно разбитой.