— Я пошел. — Тихонько предупредил Абель, погладив жену по выставленному из-под легкого одеяла колену.

— М — м-м. — Лидия сладко потянулась, высовывая ногу целиком и требовательно подставляя для ласки еще и голень.

Муж не разочаровал, покрыв ту полудюжиной поцелуев.

— На завтрак не опаздывай, — все еще немного сонно пробормотала довольная Лидия. — Я хотела с тобой пару финансовых вопросов обсудить.

— Ладно, — пообещал муж, выпуская ее ногу.

Женщина еще раз потянулась и нехотя приняла сидячее положение. Бесшумно закрылась за мужем входная дверь. Подобрав валявшийся со вчерашнего вечера на прикроватной тумбочке халат, Лидия посмотрела в окно, на только начавшую алеть полоску горизонта, и пошла в душ.

Не то чтобы ей очень уж хотелось бодрствовать в такую рань, но идея досыпать в одиночестве вдохновляла еще меньше. Проклятая лавина, рушащаяся с неумолимостью гнева несуществующих богов, снилась женщине почти каждую ночь, и только присутствие мужа могло отогнать кошмар. Если бы не гордость истинно высокородной и необходимость поддерживать хорошие отношения с первой женой Абеля, Лидия бы окончательно перебралась в спальню супруга, вместо того, чтобы проводить там лишь три ночи в неделю.

К счастью, ей удалось извлечь пользу даже из дурных снов. Потакание собственной бессоннице и нежеланию лишний раз прикрывать глаза позволило увеличить количество рабочего времени почти в полтора раза. Очень актуально в связи с неожиданно возникшей кризисной ситуацией. Связи, доступные ей как представительнице семьи Риттершанцев рвались одна за другой, а формирование новых требовало общения с множеством людей. Но как может общаться женщина, проживающая за сотни километров от любой из столиц? Только с помощью писем. Вот Лидия и писала. С утра до вечера заполняя листы убористым каллиграфическим почерком и заставляя курьеров почтовой службы являться к поместью за очередной стопкой посланий дважды в сутки. Неплохой темп, учитывая необходимость индивидуального подхода к каждому адресату.

Лидия вошла в душевую кабину и, повернув лицо с закрытыми глазами вверх, провела рукой по управляющему элементу заклятья, задавая напор. Только для того, чтобы мгновенье спустя отпрыгнуть обратно с диким визгом. Все хорошее отношение к мужу испарилось в мгновение ока — проклятый Абель опять отключил обогрев, оставив только холодную воду!

Цедя себе под нос ругательства и радуясь дополнительной звукоизоляции ванной комнаты, мрачная мокрая Лидия выключила душ и принялась настраивать температуру поступающей жидкости. Нет, ну как можно быть таким внимательным и таким рассеянным одновременно?! Этому «мечнику» не то что рудники — управление бытовыми чарами собственного дома доверить нельзя!

Ла Абель Гнец

В тренировочном зале я появился чуть раньше обычного. Однако Сильвия уже была там, избивая манекен с меланхоличным выражением лица.

— Опаздываешь, соня, — приветствовала она меня, проводя серию ударов в голову и корпус неподвижной фигуры. — Я уже минут пять от безделья маюсь.

— Ничего не знаю, я вовремя. И вообще, у меня уважительная причина. — Последнюю фразу я позаимствовал у Штефана, кажется, даже научившись вставлять ее к месту.

— Это та самая, которая вчера увела тебя под локоток сразу после ужина? — хмыкнула Сильвия. — Не буду спорить, очень уважительная. — Жена резко сблизилась со мной, пытаясь достать ногой в живот. — И спереди уважительная. И сзади. — Закончила она свое выступление особо размашистым ударом.

— Не знаю. — Я не очень понял смысла ее высказываний и решил не поддерживать странное обсуждение. — Женщина как женщина. Обычная. — Мне удавалось отвечать, практически не сбивая дыхания.

— Лидия обычная? — В голосе Сильвии, упорно пытавшейся отвесить мне затрещину, послышалось удивление. — А я тогда какая?

— Красивая, — автоматически среагировал я, больше занятый собственно схваткой.

Разговор в бою одна из самых глупых вещей на свете. Но беседа во время дружеского спарринга — совсем другое дело. Особенно если использовать ее для тренировки контроля. Это было сложно: выгадывать момент, когда можно вернуть себе власть над голосовыми связками, быстро бросать слово или два и вновь позволять вести Диане. Мы еле успевали отражать атаки Сильвии, работавшей даже не в полную силу.

— Еще годик и ты научишься не путаться у меня под ногами, когда не надо, — язвительно заметила Диана.

— Угу. А через десять стану настоящим мастером.

— Боюсь, даже ста не хватит. Ты слишком ленив и чрезмерно полагаешься на логику.

— Спасибо за лестную оценку.

Удар. Я таки не успел ослабить власть над собственным телом и костяшки нежных женских пальчиков с силой врезались в мою челюсть. Стены мелькнули перед глазами в безумном хороводе, и мягкое покрытие пола приняло меня в свои объятья.

— Ну Абель, — укоризненно произнесла склонившаяся надо мной Сильвия. — Комплименты — комплиментами, но ведь и о защите надо думать.

— Извини, — буркнул я, поднимаясь на четвереньки. Челюсть болела, шея тоже. Перед глазами плясали цветные пятна, но в остальном реальность воспринималась вполне четко.

— А нечего так за тело цепляться, — укорила Диана. — Собственник.

— Предательница. — Не остался в долгу я. — Если бы ты не отвлекала меня разговорами…

— Не поняла. Ты тренировать контроль собирался или побеждать чужими усилиями? Не хочешь отвлекаться на разговоры — не отвлекайся.