– А как же люди? – одними губами спросила Тимка.

– Никак, – сухо ответил Колька. – Шахту пытались откопать, чтобы хоть инструмент какой-никакой извлечь, но ничего не вышло. Очередные дожди, оползни, человеческие смерти. Решили ждать до следующего года, а там... А там рукой на всё махнули.

На какое-то время повисла гнетущая тишина.

– А почему ты раньше ничего об этом не рассказывал? – спросил Яська.

Колька пожал плечами.

– Так ты не спрашивал, вот я и не говорил. К тому же меньше знаешь – крепче спишь.

Яська надулся – тоже, друг ещё называется!

– Это что же получается... – Тимка испуганно смотрела по сторонам. – Мы сейчас именно в эту шахту попали, где людей засыпало заживо?

До Яськи это только что дошло – да так, будто молотом по темени шандарахнули!

– Ты куда нас завёл?! – бросил он в лицо Кольке, точно тот был вражеский диверсант. – Только не говори, что ты ничего не знал!

Колька отстранился. Спокойно сказал:

– Конечно же не знал.

– Но ведь ты сам эту историю рассказал! – наседал Яська.

– И чего теперь? Да, рассказал, когда понятно стало, что это один из уровней шахты. А когда нас только засыпало, почём мне было знать, куда ведёт ход?

– К чему ты прислушивался? – спросил в лоб Яська.

– Чего?

– Когда мы шли в темноте, ты останавливался и к чему-то прислушивался!

Колька рассмеялся.

Яська буквально побагровел, а Тимка прошептала:

– Ребята, а ведь эха нет...

Яська ошарашено глянул на девочку.

– Что, совсем? – Это была глупость, но что-то путное на ум попросту не шло.

– Эх вы, следопыты, – усмехнулся Колька. – Его не стало сразу же, как только произошёл обвал.

– Но разве так бывает? – спросил Яська.

– Только при определённых условиях.

– При каких? – не удержалась Тимка.

Колька помедлил.

– Если есть поглотитель. Например, что-нибудь пористое, вроде губки.

Тимка снова оглядела стены.

– Куда же мы попали?

– В царство мёртвых, – прошептал Яська.

– Что??? – Тимка еле устояла на ногах.

Яська пожал плечами.

– А как ещё это назвать?

– Смотрите! – Колька указывал на ближнюю стену. – Рельсы ведут прямо из неё! Скорее всего, там ещё один туннель – его просто засыпало!

– Или осознанно замуровали, – Тимка указала на ровную кладку.

– Но зачем? – спросил Яська.

Колька присел. Поковырял пальцем ржавый рельс. Постучал по нему пальцем.

– Это конец.

– С чего ты взял? – не понял Яська.

– Сам посмотри.

Яська наклонился. Посмотрел туда, куда указывал Колька: у самого основания кирпичной кладки оба рельса и впрямь обрывались. Они были отпилены, причём настолько ровно, что складывалось впечатление, будто резавший металл орудовал мощным лазером.

– Куда же они вели? – шёпотом спросил Яська.

– Наверное, основной ход ведёт именно туда, за кладку, – Колька потерял к рельсам всяческий интерес и теперь с не меньшим усердием ковырялся в кирпичах. – Оттого-то тут и светлее, чем там, откуда мы пришли. Зачем же они его заложили?

– Заложили, значит, так было нужно, – сухо сказала Тимка. – Я не собираюсь лезть за вами ещё и туда. И одна тут не останусь!

Колька улыбнулся.

Они двигались дальше. Шли вдоль ровной ленты рельс, отмечая про себя, что с каждым новым шагом страх и тревога медленно отступают прочь, а их место занимает самое обыкновенное любопытство.

Свет лился от стен молочной пеленой. У пола он закручивался в кудряшки, которые лениво оседали вдоль горизонтальной поверхности. В какой-то момент пола не стало видно вообще, как пропали из виду и странные рельсы.

Тимка остановилась.

– Ребята, я так не могу.

– Чего ещё? – спросил Колька.

Тимка прижала руки к груди.

– Не знаю. Мне постоянно кажется, что там яма, какая, или капкан!

– Какой ещё капкан? – Колька махнул ногой, разгоняя пелену. Что-то звякнуло, отлетев к стене.

Тимка взвизгнула.

Яська почувствовал, как медленно оседает вдоль противоположной стены.

Колька тоже явно испугался, однако быстро взял себя в руки и двинул к тому месту, куда отскочил неизвестный предмет.

– Стой, – прошептал Яська. – Вдруг он не сработал ещё...

Колька оглянулся.

– Кто не сработал?

– Капкан.

– Да идите вы со своими бреднями! – Колька отмахнулся и снова брыкнул ногой.

Тимка зажмурилась.

Яська наблюдал за действиями друга, пребывая в некоем заторможенном состоянии. Всё происходило здесь и сейчас, а казалось, что далеко и за гранью.