Вдруг слышу — то ли вой, то ли плач, осока прошлогодняя зашелестела. Земля, то есть лед, задрожала и голос: «Дай!» Чувствую — толкает кто-то на лед. Жутко. Чувствую, впереди — омут, полынья. Даже вижу, где. Луна прямо в нее светит.

Тут на самом деле страшно мне стало. Но ты же знаешь — бояться нельзя. Обратилась вверх, к тем, кто не жизнями питается. Чувствую руку на плече. Не холодную, не теплую, и голос: «Не бойся, ищи своих! Не дай принести жертву».

Оглядываюсь — нет никого!

Тут народ из дома стал выходить воздухом дышать.

Смотрю — Святой лик с Видящей гулять пошли по берегу. Мантры поют, рассказывают друг другу что-то, снимаются на камеру. Пора, думаю, мне в дом. Зашла уже, а потом меня как стукнуло: а они ведь к полынье танцуют!

Нет, думаю: это у меня в голове от свежего воздуха непорядок. Придут сейчас.

Однако не идут и не идут. Уже и за ними пошли — не удается их в дом вернуть. И тут меня как под локоть толкнули. Пошла я за ними, зову — не идут. Подошла — не реагируют, прямиком к проруби движутся. Обе. Догнала, зову в дом вернуться — не реагируют. Обняла я эту девчонку, та и размякла, огляделась… и пошла. Не сразу, но пошла. Глаза медленно приобрели осмысленное выражение, и вернулись мы.

«Да!» — думаю. Пока один ноль.

Ночью видела сон-указание, куда и что мне положить. И еще — толпу какую-то — девушек в рубахах, карликов, рыцарей и даже священника какого-то странного. И еще видела змею со сложенными крыльями. Огромную.

И вам, думаю, здравствуйте!

На следующий день все сделала как надо.

Ножом лед расколола и веревку разрезала — запечатала дыру. Там мне пригрозили.

В источник Берегиням украшение подарила. Эти мне, по-моему, тоже что-то подсунули. Болезненно, но я подумала — ну и ладно, пусть лечат, энергии низкие, но не грязные, природные. Даже спасибо сказала.

И нож положила туда, куда надо. Не скажу пока куда.

Все вроде бы хорошо. И Провожатый мне понравился. Вел себя скромно и очень по-дружески. Удивил. Ночью лежу и думаю: все хорошо так, а дальше-то что?

Не знаю сон это был или нет, но снова видела я женщину в драном капюшоне, без лица. В руках у нее — рушник с прорехами. За спиной — люди полупризрачные, под ногами у нее угли. И говорит она: «Это только начало. Видишь, что с поясом?».

А что делать, спрашиваю.

«А что ты умеешь? Зря тебя учили там, куда ты ездила? Работай! Долг платежом красен!»

И пропала…

………………………………………

— И что это?

— А, это тебе знать не обязательно. Так же, как я думала, никто не знает. Есть такое… мнение. Что все сущности — и души человеческие, которые бродят без упокоения, и духи разные, и всякая такая братия вроде элементалей, ничего ни от кого не хочет — только уйти из физического мира. Но не может — куски нашей материи на ней висят, и они, чтобы ее очистить, помощи просят у людей. Для этого нужно, чтобы люди ее пожалели и попросили за них. Помолились то есть от чистого сердца, если по-нашему… ай, сложно объяснять, высокопарно как-то выходит. Но никто этого не делает, или делают формально. Ты видел когда-нибудь, чтобы за Домового молились? Или за упыря какого-то? А за разных самоубийц, грешников, некрещеных и прочих церковь не разрешает молиться. То ли отказывается просить за них, то ли не в их это власти… так, скорее всего. По этому поводу у меня тоже соображения имеются… А раньше это умели.

Почему и как? Это уже совсем другой разговор.

Вот бы все те дощечки найти…

А сейчас выходит, что чем больше эти энергии, или как люди считают, духи, людей беспокоят, тем больше люди их боятся. От этого всем еще хуже. Страх делает их еще плотнее, и они еще сильнее к людям липнут… Вот как, например, всякие девицы в мужских монастырях призрачные — такие, что почти потрогать можно. Это от тоски братии по бабам. Они с ней чем больше воюют, тем она сильнее их достает… Есть правда, чудаки, которые всякие такие энергии собирают и как-то используют, обманывая и сами обманываясь. На этом и основана так называемая магия и шаманские штуки разные.

Но есть способ это исправить. И несколько людей, которые это могут. И я немного могу. Откуда это — не знаю. Может, что-то вроде наследственной болезни? Хотя мне часто кажется, что это доступно любому. Ведь не человек это делает, от человека только просьба исходит…

Что это дает? И очень много, и ничего одновременно. Вот, например, если кто-то из родных тебя беспокоит с того света, и ты болеешь и все такое, то можно помочь этой душе, и тебе не придется ее невыполненные задачи, или грехи, как в Христианстве считают, отрабатывать. Но это же не та услуга, за которую будут денежку носить…

Или если какой волшебник пользует какую-то грешную неупокоенную душу или дух, вот как шаманы, то эта душа, если рядом окажется, ко мне притащится, я за нее попрошу, и волшебник уже не сможет ничего, потому как лишится своего паразита-помощника. Поэтому мы так хорошо и погоняли всяких волшебников в свое время.

Но есть одно условие: нельзя ничего хотеть для себя. В этом случае дух не уходит, а просто меняет хозяина, все помочь хочет… чтобы потом долг стребовать, и не только с тебя, а с твоих близких… И ломает тогда тебя, потому что ты физически не можешь выдерживать присутствие чужеродного в себе. Обычные люди в таких случаях испытывают раздражение, агрессию, пьют или еще как-нибудь колбасятся, не отдавая себе отчета в причинах. А ты ЧУВСТВУЕШЬ ФИЗИЧЕСКИ. И это продолжается до тех пор, пока то желание, которое привлекло этого благодетеля, не пройдет у тебя, и ты не отпустишь эту сущность или душу за ненадобностью ее услуг. Казалось бы, чего проще, лишь повторяй «Господи! Да будет воля Твоя!» Но человек — скотина алчная и слабая. Попробуй скажи это всем сердцем, искренне…