Как-то раз так вышло, что встретив меня, он нечаянно заговорил о книге, которую я взяла и сказал, что она плохо написана и непонятна. Посоветовал мне другую, потолще и постарше. Мы поговорили немного о магии, я рассказала ему о том, что узнала, а он дополнил некоторые моменты, которые я так и не поняла. После того странного разговора мы разошлись и снова друг друга не замечали. Потом мы встретились в библиотеке еще раз, а потом еще… и каждый раз когда мы там оказывались, мы разговаривали о магии и ни о чем больше. Мы могли увлеченно беседовать около часа, а потом разойтись и снова избегать друг друга.

Конечно, с моей стороны это было безрассудно, торчать наедине с инквизитором и болтать с ним о магии, но я ничего не могла с собой сделать, и он, кажется, тоже.

Не было сомнений, по какой-то причине Арланд тоже стал сторониться меня и шел наперекор каким-то своим правилам, беседуя со мной среди книг. И оба мы ничего не могли поделать: я понимала опасность, он опасался чего-то своего, но мы просто не могли не говорить друг с другом.

Дошло даже до того, что я специально учила что-то очень сложное и непонятное, чтобы прийти в библиотеку, надеясь застать там Арланда и попросить его все мне объяснить. И он каждый раз, как мы встречались, объяснял, так как знал о магии очень много… иногда мне даже казалось, что так много, как он, о ней вообще никто не знает.

Он разбирался во всех типах магии, знал стихийную, черную, светлую и даже несколько редких ее типов. Он понимал, как устроены заклинания, знал такие вещи, о которых даже не писалось в книгах, например, о вызовах и подчинении существ из других миров, демонов и духов. Он мог не затыкаясь рассказывать о всех «волшебных» существах, как я их для себя окрестила, — драконах, ящерах, василисках, единорогах, о той же хаарь и прочих.

Помимо магии он иногда мельком упоминал многое другое. Он идеально знал законы этого мира, устройства власти, политику, экономику, религии… особенно религии! В верах и культах он разбирался так, как, наверное, странно было разбираться даже инквизитору.

Невольно я вспомнила, как в том склепе он оправдывал кровь из носа после своей молитвы. Он сказал, что он паршиво учится в Ордене и потому у него ничего нормально не получается. Но он лгал, бессовестно лгал! Он был прекрасно образован и, я бы не удивилась, если бы выяснилось, что он готовится выпуститься раньше своих соратников на год или даже на два обучения.

Но, к сожалению, в библиотеке мы встречались не каждый день. Иногда Арланд уезжал куда-то с Лореном, на какие-то встречи или по хозяйственным делам поместья, иногда они вместе отправлялись на целый день на охоту, а иногда Арланд просто безвылазно сидел в своей комнате по нескольку суток.

Хотя, оно, наверное, было к лучшему. Дейку свои периодические исчезновения я объясняла посиделками с привидениями в одном тайном месте, и он верил, так как исчезала я не каждый день.

Чем все это время занимался сам рыцарь — мне было неизвестно. Видимо, у него очень хорошо все пошло с одной из служанок, потому что он даже не всегда ночевал в нашей комнате.

Про поиски нечисти и про то, что обещался отвлекать инквизитора, бравый рыцарь просто забыл.

Так прошел почти месяц, наступило лето, потеплело. Сад, где я работал, начал зацветать, моя работа в нем шла быстрее, мы с Леопольдом сходились все ближе, все чаще я заставала Арланда ждущим в библиотеке… Если не считать постоянных драк между Леопольдом и Маггортом, то жизнь была прекрасна, насколько она только могла быть такой. Даже моя левая рука, хотя и отключалась периодически, перестала болеть и досаждать мне.

Все это спокойствие в поместье в богами забытой местности нарушило одно событие: в поместье пришла сумка писем, прочитав которые, все как с ума посходили.

Дело было в том, что скоро у Меви должен быть день рождения и на него она пригласила всех своих знакомых, так как подозревала, что это будет ее последний праздник. В пришедших письмах все приглашенные ответили согласием, что вызвало у Сеймуров бурю восторгов.

В поместье тут же закипели приготовления, хотя до самого дня рождения оставалось едва ли меньше месяца.

Повсюду забегали как будто умножившиеся разом слуги, что-то мыли, что-то чинили, передвигали, украшали, доделывали, приводили в порядок… В общем, тишь и благодать поместья исчезла, как утренний туман.

Дейка запрягли по полной программе. Теперь он двигал мебель в комнатах, где должны будут находиться гости. Конечно же, благородный рыцарь затребовал за эту работу немалые деньги, но поскольку кроме Дейка сильных мужчин в доме не оказалось, а мебели было очень много, его условия приняли.

Я с тех пор, как начались приготовления, почти не выходила из своего рабочего места в саду, там я даже обедала и иногда ужинала: Леопольд подворовывал или сам пек пирожки, а потом приносил их мне в корзинах, так же он приносил что-нибудь попить или выпить, это уже как получалось.

Сегодняшний день с самого утра пошел наперекосяк… Было у меня такое чувство, что раньше это были цветочки, а сегодня все начнется по полной.

Дейка дернули еще за завтраком, Маггорт куда-то удрал еще утром, так что я осталась совершенно одна в столовой с этой жуткой семейкой. Едва дождавшись, пока трапеза кончится, я вскочила из-за стола и кинулась в сад, где меня уже должен был ждать Леопольд, и откуда я не собиралась вылезать в люди около десяти часов.