Сверху донесся громогласный рык. Все собравшиеся подняли головы и следили как, меняющая цвет, Вилен, сверкая своей чешуей, стремительно несется к земле. Все завороженно смотрели на это действительно прекрасное зрелище. Возле самой земли Вилен затормозила и приземлилась рядом со мной. Она сильно выросла за время боя, но до размеров настоящих драконов ей еще было далеко.

— Ты зачем все это тут устроила?

— Ну, ты так говорил, что я решила — нужно появиться эффектно. У меня получилось?

— Получилось.

Мы говорили мысленно, я уже почти привык к такому разговору.

— Это мой дракон, Вилен, — пораженная публика смотрела не нее. Кто-то в толпе закричал: «Какая милая!», «А чего она такая маленькая?» и подобное. Это продолжалось до тех пор, пока Вилен не зарычала. Все тут же успокоились, поняв, что она хоть и милая, но очень даже опасная. Галатор подошел к ней. Вилен подпустила его к себе. Тот осторожно потрогал ее шею.

— Всегда мечтал это сделать! — тихо сказал он.

— А можно мы тоже потрогаем ее? — завопили из толпы.

— Не позволяй! Я не хочу, — заявила Вилен. Я передал ее слова, на что ответом был жалостливый вздох.

После меня пламенную речь, вновь восхваляя меня и мою храбрость, говорил Галатор. Мне это уже порядком надоело. Я сидел на земле и смотрел, как по небу летают тучки. Вилен положила мне свою мордочку на колени. Ее голова была теперь почти что такой же, какой была она вся еще месяц назад. Я достал из-за пояса меч Орена и посмотрел на него. Все что он него осталось. А я так хотел еще разок с ним поговорить…

— Не расстраивайся. Он ведь погиб храброй смертью, как и желал. Ты же помнишь, он говорил, что если и умрет когда-нибудь, то хочет, чтобы это случилось в неравном бою, когда соперник будет превосходить его силой. — Я конечно же помнил, но Орена уже не вернуть… Рядом зашуршала трава.

— Вы не против? — Рядом стояла Синелия и вопросительно глядела на меня с Вилен. Дракониха подняла свою мордочку и посмотрела не нее.

— Чего это она?

— Злится, что ты меня так сильно ударила, — я рассмеялся. Вилен кивнула головой.

— Хорошо, я извиняюсь перед тобой, о Вилен, за то что ударила твоего хозяина! — Скороговоркой, но с очень серьезным выражением на лице, проговорила Синелия. Вилен вновь деловито кивнула, и снова положила голову мне на колени. Синелия, догадавшись, что Вилен простила ее, села рядом со мной, по другую сторону от даронихи.

— Игорь, а как вы общаетесь?

— Я слышу ее мысли, а она слышит мои.

— Правда?

— Ага. — Синелия задумалась. Она посмотрела на меч у меня в руках.

— Это ведь не твой. Твой другой был…

— Да, это Орена.

— Понятно. Мне жаль, что так получилось.

— Ничего, он ведь умер так, как хотел… — я задумался, сказав то, во что сам не верил. Вилен усмехнулась в моей голове.

— Его никогда не забудут…

Мы с Синелией сидели и смотрели на небо теперь вдвоем. Вскоре Галатор закончил свою речь. Толпа разошлась готовиться к пиру и похоронам погибших. Лаары разговаривали с людьми о случившемся. Последние не раз извинялись перед первыми, и каждый раз оказывались прощенными. Лаары были очень добры и чувственны. Они понимали все. Повсюду слышался смех, и только над кучкой трупов летали, громко крича, вороны.

Я поднялся. Уже несколько минут я сидел один, Синелия ушла куда-то, куда не сказала, да меня это и не интересовало. Я взошел на холм и посмотрел на поле боя. Повсюду была кровь. Трава выгорела от пламени рорров. Как те не сожгли тут всех и вся я не понимал. Посреди поля шла длинная расщелина, созданная мной. Ее никто не собирался закрывать, она останется, чтобы все помнили о жертвах, принесенных в этой битве, как выразился Галатор. Даже без тел на земле, взору представала ужасная картина. Страшно…

— Страшно, — подхватила Вилен.

* * *

Весь вечер все пировали. Пили, ели, веселились. Пили за здоровье королевы Линейлы, затем Галатора и мое. Кое-кто, все-таки, умудрился пощупать Вилен, пока та спала, из-за чего она проснулась, распугала всех вокруг и вновь улеглась спать. Больше ее не беспокоили. Всюду царило веселье.

Теперь уже все спали. Мне же не спалось. Я вышел на улицу из своего шатра. Уже выспавшаяся, Вилен шла за мной. Она еще немного подросла. Поначалу, все этому сильно удивлялись, затем, после того как я рассказал им, почему она растет — перестали.