— Стокгольм, — произнесла она мечтательно, как заклинание.

Вскочила на плиту, ни секунды не задумываясь, выпрыгнула из окна, схватила стоящий на каменной веранде садовый стул, оглянулась на Яна и побежала к ограждению. Он стоял в проеме окна и медлил.

О, дьявол, подумал он, повернулся и выбежал в коридор. Остановился у ординаторской, изо всех сил постучал кулаком в дверь и вернулся в кухню. Ян не знал, есть ли там кто, — во всяком случае, он не ждал ответа.

— Где ты пропал? — нетерпеливо крикнула Рами страшным шепотом.

— В туалете… — соврал Ян, вскочил на подоконник и спрыгнул во двор. — Стол!

Они с Рами детально разработали план побега. Взяли вдвоем тяжелый стол с веранды и бегом перенесли к ограде. Рами водрузила стул на стол, Ян вскарабкался на него и, стараясь не потерять равновесия, попытался набросить покрывало на спираль колючей проволоки. Удалось только с третьего раза: покрывало толстым слоем легло на гигантскую растянутую пружину.

Было очень холодно, но Ян вспотел. Он исподтишка оглянулся на здание больницы и заметил, что в ординаторской зажегся свет. У окна две головы. Молодая практикантка, он не знал ее имени, но она была на концерте. И Йорген. Отсюда видно, как он натягивает сорочку. Они, наверное, спали вместе, так же как и они с Рами.

— Ты первая. — Он решительно кивнул Рами.

Она весила меньше, чем он, — хоть и высокая, но худенькая и гибкая. Прыгнула на ограждение и, цепляясь за ячейки сетки, полезла наверх. Белка… теперь она и вправду стала белкой. Легко перевалилась через колючую спираль и спрыгнула по ту сторону забора.

Они посмотрели друг на друга сквозь стальную сеть. Он перекинул ей гитару — каким-то чудом футляр легко перелетел через ограду, и она поймала его по ту сторону.

— Твоя очередь.

Ян подпрыгнул и вцепился в ограждение. Он-то белкой не был, удерживался на сетке разве что силой воли. Стальные шипы царапали ладони даже через покрывало, но он заставил себя добраться до верха, осторожно перевалил через спираль и спрыгнул вниз.

И в эту самую минуту услышал, как кто-то барабанит в оконное стекло. Обнаружены…

Открылась дверь, их окликнули по имени. Ян нервно сглотнул, но не оглянулся. Схватив свои вещи, они побежали. Рядом, не отставая, но и не обгоняя друг друга. Уже без десяти семь. Скоро начнет светать, но не видно ни души.

Планов у них не было — только побег. У Яна никакой запасной одежды, а в бумажнике пятьдесят крон.

— Мы свободны, — сказала Рами. — Стокгольм!

Первый раз он видел Рами возбужденной, почти счастливой. Она смотрела на него горящими глазами, щеки раскраснелись, на губах играла радостная улыбка. Он невольно улыбнулся ответ, и вдруг понял, что все это значит.

Ему четырнадцать лет, и он безнадежно влюбился.

Тропинки парка вокруг больницы по-прежнему пустовали, и беглецы были видны как на ладони.

Утреннюю тишину разорвал звук автомобильного мотора — из-за здания Юпсика вывернулся маленький «фольксваген». Улыбка исчезла с лица Рами.

— Это они!

Большой футляр с гитарой мешал ей бежать, и Ян перехватил его. Тропинка поворачивала налево, а дальше шла вдоль небольшого, но довольно широкого ручья. Через пару сотен метров ручей пересекал узкий деревянный мостик.

— Туда! — крикнула Рами.

На другой стороне ручья — небольшая роща, а за ней начинался центр города.

Они помчались к мосту и едва успели его перебежать, как по ту сторону ручья резко затормозила машина. С водительского места решительно выпрыгнул Йорген, за ним — растерянная практикантка.

Рами бежала быстрее, чем Ян с гитарой, и уже была на полпути к роще.

Затаившийся, разумеется, тут же взорвал бы мост, но у Яна не было динамита.

Йорген был уже на мосту, и бежал он куда быстрее Яна.

Все. Бежать им не удастся. Ян знал это с самого начала.

— Рами!

Он из последних сил догнал ее, протягивая на бегу гитару и пятьдесят крон.

Она не остановилась, но замедлила бег и посмотрела на него. Тонкая, высокая фигурка в утреннем свете, любовь его жизни.

— Возьми… И беги, я их задержу.

Несмотря на спешку, Рами прижалась щекой к его лицу, прошептала: «Помни договор!» — и помчалась к лесу, будто гитара придала ей новые силы.

Он сделал несколько шагов, но из него словно выпустили воздух. Тяжелая рука легла ему на плечо.