— О! — вдруг сказал полугном, лежащий ближе к двери и обладающий лучшим слухом, чем мы с Блондином. — Представление продолжается. Подними меня на подушки, пожалуйста, я не хочу ни секунды пропустить. Быстрее! Я сейчас отомщу за все те ночи, когда утешал тебя после кошмаров, за все слезы, что тебе вытер, и за все мои муки!

Я подбежала к другу и помогла ему усесться, подложив под спину подушки. Уже и я слышала, как кое-кто, растягивая гласные, спорил у дверей с магом-охранником.

Я на цыпочках вернулась к себе в кровать, улеглась, расправила волосы, расстегнула пару пуговичек на рубашке. Блондин недоуменно смотрел на это действо.

— Возьми меня за руку, — приказала я. — Нежнее! Ага, так.

Мы успели как раз вовремя.

В палату ворвался разозленный маг, за которым с невозмутимым видом шел Ирга.

— Панна Ольгерда, меня приставили вас охранять, но запрещают пускать к вам посетителей. Этот утверждает, что он ваш жених, а этот — что он ваш муж, и все они имеют право быть с вами. Как, скажите, я могу в таких условиях работать?!

— Все правильно, — пожала плечами я. — Тот — мой бывший муж. А этот — мой действующий жених. И оба, как видите, очень за меня волнуются. Спасибо, что вы их пропустили.

— Григорий меня убьет, — вздохнул маг. — Панна, а будущего какого-нибудь жениха или мужа у вас нет? Сколько еще волнующихся сюда явится?

— Мм, — задумалась я и неуверенно ответила: — Явятся, наверное, но вы больше никого не пускайте, пока меня не спросите, хорошо?

— Не пускайте! Думаете, это так просто? Я Григорию вестника отправлю, — пригрозил маг. — Пусть сам с вами разбирается!

— Хорошо, — обрадовалась я, потому что мне очень хотелось узнать, что же на самом деле произошло в выставочном комплексе и какими неприятностями мне это может грозить. — Передайте, что я его очень хочу. Видеть хочу.

Все это время Ирга простоял, не сводя глаз с рук Блондина. Как только Лим сообразил, что происходит, то не мог упустить возможности досадить некроманту. Поэтому он нежно держал мои пальцы между своими ладонями и ласково поглаживал мне запястье.

— Жених? — обрел дар речи Ирга, когда за охранником закрылась дверь. — Блондин — твой жених?

— Да, — сказала я, одарив Блондина обожающим взглядом. — А что?

— Меня не было в городе только два месяца, и он — твой жених?!

— Тебя не было в городе не только два месяца, а целых два месяца, — сказал Отто.

— Два с половиной, — уточнила я.

— За это время многое могло произойти, — продолжал полугном. — И, собственно, произошло. Уже утром, получается — меньше чем через двенадцать часов после твоего славного ухода в ночь с чемоданом, за твою бывшую жену разгорелось сражение.

— Что, серьезно? — поразился Ирга.

— Клянусь, — подтвердил Отто, не соврав ни капли. Клакерсилэль действительно приходил к нам в мастерскую тем утром.

Ирга почувствовал, что полугном говорит правду, и совершенно растерялся. Мне было очень жалко видеть его таким — с перебинтованной головой после удара тарелкой, видимо, хорошо я его приложила. Исхудавшего и осунувшегося за два месяца. И какого-то совсем потерянного. Где привычный самоуверенный Ирга? Мне хотелось подбежать к нему и обнять, хотелось прижаться к его груди, охватив руками и ногами, хотелось поцеловать его крепко-крепко. Я закусила щеку изнутри, до крови, чтобы подавить в себе эти желания.

Блондин тихонько зашипел, и я пришла в себя. Занервничав, я неосознанно потянула из него энергию. Ирга бы этого даже не заметил — его аура, как и аура Живко, полыхала силой. Отто привык со мной делиться. А вот Лиму, слабому магу, это было тяжело. Однако он и виду не подал, что ему больно, разве что с шумом втянул в себя воздух. Даже пальцы мои гладить не перестал, вот что значит — аристократическая выдержка.

Я перекрыла все энергетические каналы и виновато пожала ему руку.

Это все прошло незамеченным. Ирга был слишком погружен в собственные переживания, а Отто наслаждался местью.

— Должен отметить, что это ты так и не смог оценить свою бывшую жену по достоинству, однако не все страдают избирательной слепотой и гонятся за высокими и недосягаемыми идеалами, — ядовито сказал полугном.

— Сколько? — спросил Ирга у меня.

— Шестеро, — скромно ответила я.

Он вздохнул так тяжело, что я чуть не расплакалась.

— Эй, прекратите общаться телепатически! — возмутился Блондин. — Я не понимаю! Что происходит?

— Ирга спросил, сколько у Олы сейчас кандидатов на руку и сердце, а она ответила — шестеро, — отозвался лучший друг. В его взгляде читался вопрос, где я взяла такое количество, но он решил его не озвучивать.

— Шестеро, включая тебя, — уточнила я, обращаясь к Блондину.

— Твой статус жениха тебя еще ни от чего не защищает, — хмыкнул Отто. — Ола у нас девушка шустрая, а уж какие шустрые у нее мужчины…

— Да я в курсе, — сквозь зубы сказал Лим, рефлекторно поводя плечами. — Я сегодня утром имел возможность пообщаться в тренировочном зале с одним таким. Знаешь барона ня Буя, Ирга?

— Конечно, — уныло подтвердил некромант. — Что, он тоже тут?

— Ты представляешь, явился с конфетами в комнату к моей невесте. На ночь глядя! — поделился возмущенный Блондин.