Леди Сара фыркнула, встряхнув медными локонами.

— Похоже, мимо ваших ушей пролетает все, что не касается вас лично, леди Джейн!

Уж никак не скажешь, что между леди Сарой Бартелми и леди Джейн Конингсби существует глубокая привязанность! Обе считают себя самыми обаятельными и привлекательными среди королевских фрейлин, что является причиной бесконечных перепалок и стычек. Главная мечта Сары и Джейн — удачно выскочить замуж, а потому они постоянно соперничают друг с другом, добиваясь знаков внимания со стороны джентльменов Двора. Лично у меня просто нет времени на подобные глупости!

— Да как вы смеете! Глупая гусыня! — взорвалась леди Джейн.

— Но мне казалось, что все проблемы разрешены, — заметила Пенелопа Ноллис.

— Да замолчите же вы! — рявкнула королева из противоположного конца апартаментов. — Дадут мне хоть минуту подумать спокойно?! — и она огляделась вокруг, явно в поисках нового метательного снаряда.

Мы быстро пригнули головы, сосредоточившись на своих занятиях.

Поскольку швыряться было нечем, королева продолжила свое стремительное хождение из угла в угол. Когда Ее Величество гневается, сверкая глазами и встряхивая головой с развевающимися огненно-рыжими кудрями, это производит на окружающих ошеломляющее впечатление.

Вот и сейчас длинные нити жемчужного ожерелья при каждом ее шаге возмущенно позвякивают, белый шелковый гаун грозно шуршит, а золотая вышивка на нем, кажется, вот-вот вспыхнет огнем от наполняющего королеву недовольства.

Ее Величество яростно мнет письмо, словно собираясь разорвать его на мелкие кусочки.

— Не верю, я просто не могу в это поверить! — шипит она сквозь стиснутые зубы. — Едва разобрались с рисунком новой монеты, так теперь сэр Эдвард Латимер осмеливается писать мне, что Королевский монетный двор не обладает достаточными запасами серебра для ее чеканки! Силы небесные, надеюсь, прослышав о моем гневе, он сразу их отыщет!

Возле дверей раздается какой-то шорох — похоже, посланец Латимера собирается лишиться чувств.

— Сию секунду отправляйтесь к сэру Эдварду, — рычит на него королева, — и передайте, что он должен немедленно решить эту проблему, или я лишу его поста директора-распорядителя Королевского монетного двора!

Посланец учтиво кланяется, пятясь к двери, и бросается бегом по коридору.

— Он понесся так, словно за ним гнался трехглавый Цербер, — шепнула я Мери Шелтон. Мне нравится это выражение. Я слышала, как однажды его употребила Ее Величество, и тоже намерена его использовать.

Мери в замешательстве взглянула на меня.

— Кто это — Цербер?

— Мифический трехглавый пес, который охранял ворота Гесперид, — со знающим видом поведала я, хотя, должна признаться, услышав его впервые, тоже задала подобный вопрос!

Королева швырнула письмо на пол и попыталась раздавить его каблуком. Потом быстро подошла к окну и уставилась в него немигающим взглядом.

— Похоже, сегодня выбраться на Ледовую ярмарку не удастся, — пробормотала Кармина Уиллонгби.

— Думаю, ты права, — согласилась Мери Шелтон, со вздохом вонзая в чепчик иголку и, проколов палец, с несчастным видом поднеся его ко рту.

Я тоже почувствовала разочарование — и до сих пор чувствую. Мне ведь хотелось не столько побывать на ярмарке, сколько покататься на коньках.

На прошлой неделе один молодой джентльмен из Голландии продемонстрировал Двору новый вид спорта. Он называется катание на коньках, и сейчас это занятие стало очень модным. Мы даже тренировались на льду застывшего озера в Сент-Джеймском парке. Говорят, голландцы зимой всегда катаются по своим замерзшим каналам.

Впервые увидев странные костяные полозья для обуви, я не могла поверить — как же можно на них стоять? Кроме того, меня не покидало опасение, что к катанию на коньках я проявлю ровно такие же способности, как и к верховой езде, которое — увы! — далеко от совершенства, если не хуже! Но, как оказалось позже, кататься на коньках абсолютно была не способна не я, а прекрасная наездница леди Джейн Конингсби, которая только из платья не выпрыгивала, чтобы произвести впечатление на молодого — и, заметьте, неженатого! — голландского джентльмена!

«Ее Высокомерие» никогда не упускала случая, чтобы взглянуть на меня сверху вниз, и с особым успехом это ей удавалось сидя верхом на лошади. А вот на льду леди Джейн пришлось то и дело пялиться на меня снизу вверх — с пятой точки!

— Думаю, не стоит расстраиваться из-за какой-то там ярмарки! — презрительно заявила она.

— Но там так весело! — вздохнула Пенелопа.

— А по-моему, вовсе нет! — фыркнула леди Сара.

Это было для меня полной неожиданностью.

Ясно, почему наше желание посетить Ледовую ярмарку было не по душе Джейн, но я считала, что Сара будет только рада присоединиться к веселой компании. Она каталась совсем неплохо и в последний раз, к своему собственному удовольствию, произвела сильное впечатление на молодых аристократов. То есть пребывание на льду ничуть не мешало леди Саре следовать своим главным жизненным принципам: очаровывать как можно больше кавалеров и выглядеть лучше, чем леди Джейн. Так в чем же дело?

— Ну как же я могу пойти, когда так и не получила обещанного наряда? — посетовала Сара очень тихо, так, чтобы королева не услышала.

«Силы небесные! — подумала я. — Как я могла забыть о НОВОМ НАРЯДЕ! Она же твердила об этом без устали несколько дней. Всех стало уже просто тошнить от этой „душераздирающей“ истории!»

Но, видно, Сара решила не щадить никого, принявшись в который раз рассказывать о постигшем ее несчастье!

— Это просто кошмар! Дядя Ричард забрал назад свое слово! — простонала она. — Когда последние инвестиции принесли ему много-много денег, он сам сказал, — Сара огляделась вокруг, явно желая убедиться, что ее словам внимают все. — «Разве можно найти лучшее применение моим богатствам, чем преподнести красавице-племяннице достойный ее очарования наряд?» — При этом «красавица-племянница» одарила нас торжествующей улыбкой. — Честное слово, так и сказал!