— Кири, дочь Гуннара, мне открыть тебе маленькую тайну?

— Не смей трогать его, — я дернулась в сторону короля с явным намерением выцарапать глаза негодяю, но руки Сигурда обхватили меня за талию, удержали на месте. Слов Коннора я не слышала, пока он громко не произнес:

— Ты ведь знаешь, что на являешься родной дочерью Гуннара, Кири?

Прекратив попытки вырваться из стальных рук Сигурда я подняла лицо к королю. Сердце сжалось от боли, и я почти догадалась, что он скажет мне, и я не ошиблась.

— Трор был тем самым юношей, что убил твою мать и приказал убить твоего брата и… — он сделала паузу, прежде чем добавить, — И тебя!

Я застыла. Несколько мгновений до меня словно доходило сказанное королем, а потом словно вспышки в голове стали вырисовываться картины — мальчишка отрубивший голову моей матери, мой брат, сраженный тяжелой стрелой, мое поселение, горящее и люди, которых уводили на корабли, и я сама, замершая и притворившаяся мертвой, пока напавшие не уплыли, и эта боль по всему телу. И я вспомнила лицо мальчишки и только тут поняла, почему все это время мне казалось, что я знала Трора и эта непонятная ненависть к нему… Я его не узнала, но подсознательно догадывалась, что это был он.

Подняв глаза, посмотрела на Трора. Мужчину, которого полюбила и кажется снова возненавидела с новой силой. А он смотрел на меня глазами полными ужаса. Даже целое войско отца не могло напугать его так, как это сделал мой взгляд.

— Кири, — произнес он и после короткой паузы прошептал, — Прости!

Коннор приблизился ко мне и знаком велел Сигурду отпустить меня. Едва разжались мужские руки, как я осела на землю, уставившись на сапоги короля.

— Кири, дочь Гуннара, — сказал Коннор Кровавый, — Я хочу сделать тебе подарок. Ты заслужила его. Скажи, что мне сделать с твоим мужем? Он же взял тебя насильно? — король опустился передо мной на корточки, слегка при этом поморщившись. Голубые глаза, казавшиеся мне раньше такими добрыми и понимающими, взглянули на мое лицо, сухое, без слез.

— Ну же. Одно твое слово, и ты снова станешь свободной, и вы с Сигурдом сможете быть вместе. Я даю тебе свое королевское слово. Решаешь ты…Ты ведь этого хочешь? Чтобы Трор умер?

А я сидела и думала. За короткое время перед глазами пронеслись все картины моей жизни. Смерть родных, жизнь в поместье Гуннара, Олав, а затем встреча с Трором, Сигурд. Затем то, как Трор забрал меня у отца, как сделал из меня рабыню, а потом женился на мне против моей воли и как спас меня от Хольми. Потом вспомнила цветы на подоконнике и как мы сидим рядом на морском берегу, его бережные прикосновения и то, как он любил меня прошлой ночью.

Я поднялась на ноги, вскинула голову. Король тоже встал и теперь возвышался надо мной, как громада.

— Что ты решила, Кири?

Я сглотнула и ответила:

— Я не хочу его смерти.

Лицо Коннора побагровело. За моей спиной Сигурд что-то сказал, но я не расслышала его слов и только повторила уже настойчивее:

— Я не хочу его смерти. Ты дал слово, что я решаю и так вот — он должен жить.

Король взял себя в руки и отвернулся от меня.

— Я разочарован, — сказал он и бросил, обращаясь к Сигурду через плечо, — Уведи ее. Она твоя.

Сигурд обнял меня за плечи, а я смотрела на удаляющуюся спину Коннора и понимала, что он не сдержит свое слово. Он для себя уже давно решил, что избавиться от сына, чего бы ему это не стоило.

— Ты дал слово! — закричала я, пока Сигурд выводил меня через ворота. Волна дружинников сомкнулась за нами, и я уже не видела, что они сделали с моим мужем.

Мы отошли к берегу, где я разглядела качающиеся у пристани корабли. Сигурд подозвал одного из своих людей, оставшихся приглядывать за судами, приказал принести воды, затем заставил меня опустошить деревянную кружку и только потом заговорил.

— А ты изменилась, Кири.

Я подняла взгляд.

— Он ведь убьет Трора? Скажи?

Сигурд пожал плечами.

— Я плыл за тобой, надеясь, что смогу вернуть тебя, и мы снова будем вместе, но кажется опоздал?

— Я люблю его, понимаешь? — произнесла я, — Я понимаю, ты мне не веришь. Я и правда думала, что влюблена в тебя, но это была ошибка. Мне просто хотелось любить и тут появился ты.

Сигурд встал с камня, где мы расположились и запустил пальцы в свои длинные светлые волосы.

— Как у тебя все легко, Кири, — проговорил он горько, — Сначала ты любила меня, защитила от Трора, когда он хотел убить меня, теперь ты любишь его и тоже пыталась защитить…

— Я не любила тебя, Сигурд, — призналась я, — Мне это только казалось, а с ним все иначе. С ним — навсегда.

Мужчина приблизился ко мне, заставив отшатнуться.

— И ты простила ему смерть своей семьи?

Я покачала головой.

— Нет, — ответила я, — Но моя мать убила его отца, а его отец убил моего… Все так запутано, но я не могу выбросить Трора из своей головы, я могу простить его, ведь он тогда был почти ребенком…