– Витя, Витя. – Повторяла она полушепотом. Подожди, я ничего не понимаю. Что случилось и почему от тебя пахнет водкой? – Она попыталась остановить его.

– Успокойся! Все в порядке. Я просто очень соскучился. – Он, не отпуская ее, говорил и продолжал целовать, руками задирая ей комбинацию.

– Ты что? – Марина начала его отталкивать. Мальчишек разбудишь!

– Они только недавно улеглись. – Пытаясь освободиться от его рук.

Виктор, как будто не слышал ее. Он продолжал жадно целовать ее лицо, губы, волосы и шею. Марина еще немного посопротивлялась и не устояла перед таким натиском мужа. Да и сама она уже давно соскучилась по нему и по его ласкам. Но в ее комнате на диване развалился и сладко посапывал Мишка. А Старший Сашка спал в другой комнате и поэтому, места для супружеских утех в данный момент не находилось.

Виктор, как будто прочитал ее мысли и потянул ее, не разуваясь, в ванную комнату. Она, не скрывая желания, последовала за ним, закрыв за собою дверь на шпингалет. Виктор вновь начал жадно целовать ее шею и губы, снимая с нее ночнушку. Он знал, что Марина всегда спала только в ночной комбинации и под ней на ее теле больше ни чего не было. Зная, что время у него в обрез, он не заставил себя долго ждать. И сразу же приступил к своим мужским обязанностям. Проведя по знакомому телу ладонями, где он знал каждую родинку, у него проснулся животный инстинкт. Быстро сняв с Марины комбинацию, он резким движением развернул ее и наклонил на тумбочку. Быстро расстегнув свои солдатские галифе, он освободил уже готовый и жаждущий горячий член и с усилием вставил его своей любимой женщине. Марина издала глухой стон, сжав края тумбочки до боли в пальцах. Она ждала. Она уже очень давно хотела именно вот так. Чтобы это было с жадностью сильного самца. Но когда Виктор выполнял с ней супружеский долг, она ему не позволяла ни чего лишнего, ссылаясь на разные причины. То на боли в низу живота, то на боли в голове или еще что-то. Не то, чтобы она не хотела или не любила Виктора, скорее она очень боялась всего. Ей казалось, что размер его органа, был невероятно большим и ее тело не предназначено для этого органа. Даже после того, как она родила уже двух сыновей, ее женский орган остался таким же узким и маленьким для Виктора. Она думала, что, наверное, у всех мужчин мужские органы таких размеров, но сравнивать она не хотела и гнала такие мысли прочь. Тем более, она очень любила своего Виктора и ей приходилась иногда терпеть боли в низу живота. А сегодня, она хотела именно этого, сама не зная почему. Возможно, она стала на жизнь взрослее, и сознание ее наполнилось огромным желанием жадной близости. Она поддалась Виктору и одной рукой сняла резинку и распустила свои длинные и красивые волосы, давая понять ему, что она готова на все. Виктор не мог не заметить такого поведения своей жены. За много лет совместной жизни, это было в первый раз и такое не возможно было не заметить. Он почувствовал это всем своим телом и как жеребец начал насаживать ее, все сильнее и глубже. Как будто где-то там, глубоко в ее теле он хотел дотянутся до чего то самого важного в их жизни. Он взял ее за волосы и намотав их на руку, сильно потянул ее голову, углубляясь еще сильнее в нее. Она не стала противиться этому, а наоборот, откинула голову назад, задрав лицо вверх, протяжно выдохнула:

– Дааа!

Виктор вложил все силы своего организма и начал работать, как стахановец, врезаясь с каждым разом все дальше и дальше. Он чувствовал, что вот-вот, он дотянется до той самой заветной цели и произойдет невероятное. Марина не стесняясь помогала ему, дотянутся именно до той же самой мечты Виктора. И с каждым разом все громче и громче выдыхала протяжное слово «да».

Нет, она уже не думала о том, что спят дети и в любой момент они могут проснуться. Она, наконец то, отдалась мужчине по настоящему. И сейчас он был в ней, и она чувствовала огонь и боль в низу живота. Но это ее не очень волновало, она чувствовала, как из глубины ее тела, именно оттуда, куда стремился Виктор, прорывается наружу огненная лава страсти. Она нарастала с каждой секундой, с каждым движением Виктора. И вот она была уже совсем неудержима. Виктор чувствовал все это и, отдавая последние силы, ускорил свои движения. Марина зажмурила глаза, еще крепче вонзилась в тумбочку пальцами и напрягла изо всех сил мышцы ног, как будто хотела удержаться от страшного урагана или волны цунами. Она ее ждала и эта самая волна ураганным ветром, сметая все прошлые воспоминания на своем пути, огромным салютом или даже фейерверком разорвалась в ее сознании, разлетаясь в самые дальние уголки ее тела. Марина низким гортанным голосом выдохнула из себя остатки этого взрыва, протяжным словом из одной буквы:

– О-о-о!

Ее ноги не выдержали и подкосились. Она начала медленно опускаться на пол.

Виктор ждал такого завершения и уже распаренный и разогретый, как булатный меч, услышав этот выдох своей жены, не отпуская ее волос, напрягся еще сильнее. Тяжелый поток его раскаленной лавы пришелся в тот момент, когда Марина начала оседать. Держа за волосы, он подвинул ее к себе и выплеснул на нее всю свою мужскую силу.

– Мама!

– Мама, где ты? – Из прихожей донесся детский плач. Мишка проснулся и не обнаружив рядом своей мамы, сильно испугался и соскочил с дивана. Он пробежал по комнатам и, встав у ванной начал громко реветь. Марина очень напугалась, что с Мишкой что-то случилась, находясь еще в агонии женского счастья, через силу выкрикнула:

– Миша, Миша… Я здесь!

– Что случилось, мой хороший? – Она быстро встала и сняв с вешалки домашний халат, одела его на голое тело.

– Мама, где ты? Открой мне! – Мишка продолжал реветь еще громче.

Она схватила попавшиеся под руку полотенце и вытерев им свое лицо, повернулась к застывшему как памятнику, стоящему со спущенными штанами Виктору.

– Ну что ты стоишь? Давай, одевай штаны. – И не дожидаясь, начала помогать ему натягивать штаны. Она впервые в жизни за много лет обратила свое внимание на его мужское достоинство. Все его имущество оказалось перед ее лицом второй раз за несколько минут. Но тогда первый раз, она находилась в эйфории, а сейчас, когда она помогала натягивать ему солдатские галифе, разглядела отчетливо и непроизвольно спросила:

– Витя, это что у тебя такое? Как же это помещается у тебя в штанах? – Она даже, как то по-девичьи хихикнула.

Маринка, ты чо? – Виктор виновато отмахнулся от нее и отвернулся в сторону, укладывая свое хозяйство в солдатское обмундирование. Он даже покраснел от неожиданного вопроса. Вопрос жены застал его врасплох и он не найдя на него быстрого и достойного ответа, выпалил:

– Ну и дура же ты!

– Мама ну открой! – Уже начал стучать в дверь Мишка. —Ты чо там делаешь? Мама, я боюсь! – Мишка перешел на крик, боясь, что мать его не услышит. Он слышал, как она разговаривала с кем-то за дверью. И от этого ему становилось еще страшнее. Он еще ни как не мог отойти от страшного сна, который ему только что приснился. И перед его глазами стояли страшные чудовища, которые хотели украсть его маму. – Мама, ты с кем там? Они тебя бьют? – С криком начал стучать в дверь Мишка.

– Сейчас, сейчас сынок открою! Я здесь папе помогаю умываться! – Сообразила она, открывая кран. Вода громко зажурчала, ударяясь о дно чугунной ванны. Пока Марина разговаривала с Мишкой, Виктор быстро застегнул ремень и пуговицы и, оправившись, намочил руки и лицо.

– Мама, не обманывай меня! – Мишка хлюпал носом. – Наш папка уехал в Армию нас защищать от врагов! – Всхлипывая продолжал он.

– Ну, вот видишь, ни кого чужого здесь нет. Только мы с папой! – Открыв дверь ванной комнаты, начала успокаивать Мишку Марина.

Виктор увидев ревущего сына, быстро подхватил его на руки и прижал к себе.

– Ну что ты сынок! Никаких чудовищ здесь нет. – Это я на минутку заехал домой, вас попроведовать и сейчас же назад в Армию. – По-военному начал разговаривать Виктор с сыном. Увидев отца в солдатской форме, Мишка сильно-сильно обнял его за шею и сказал:

– Я теперь тоже поеду с тобой в Армию служить.

– А куда ты денешься! – Улыбнулся Петриков. – Вот подрастешь, закончишь школу на пятерки и поедешь служить в свою Армию. – А пока давай умоемся и дальше спать! – Петриков поцеловал сына в лоб и набрав в ладошку чистой воды из под крана, умыл его. Мишка послушно согласился с отцом, всхлипывая и кивая ему головой, вися у него на одной руке. Виктор быстро умыл сына и отнес его в комнату не снимая сапог. Он положил его на разложенный диван и аккуратно укрыл теплым одеялом, присев к нему с краю.