– Пойдем, мой друг, – сказал бригадир, вытаскивая наручники.
Проезжая берегом в повозке, присланной комиссариатом, Хуан Печо видел, что поверхность моря чистая, турок больше не всплыл. Как же тогда прознали полицейские?… Ясное дело, пеоны не могли донести – они слишком горды, чтобы заявить на человека, у которого работали. Ни Флорисбела, ни другие обитатели ранчо…
И только когда комиссар спросил креола, были ли свидетели преступления, тот вдруг вспомнил:
