— Одно устройство.

— Отлично, завербуй лейтенанта?

— Связиста убрать? — Уточнила Куратор. В ответ Всеволод, молча, кивнул.

Сифилис сидел в брошенной машине, недалеко от места привала. Из динамиков звучала легкая, неторопливая мелодия. Он держал в руках пластину-отчет, которую ему дала Куратор Отт, и в энный раз изучал её содержимое.

Великого Совета больше нет. Город разрушен. И Башня Совета больше не возвышается над ним. Все, что любил и чем дорожил Сифилис, уничтожено.

Почти все.

Мысли о Лене грели его душу. Предавали сил. Он был просто обязан сделать все возможное, чтобы вернуться к ней.

Время от времени в голове проскакивали мысли: "А вдруг это не правда? Что если это провокация?" Но Сифилис вновь смотрел на пластину и понимал что она не поддельная. С каждым новым взглядом на отчет, он задавал себе один и тот же вопрос:

— Зачем они здесь?

— Все сюда! — Донеслось до Сифилиса. — Привал окончен!

— У нас новый приказ. — Произнес лейтенант, когда все построились. — Обеспечить прикрытие Советнику Носову и Куратору Отт пока они не ликвидируют улей.

— Что?! — Выпалил Сифилис. — Право слова, вы поверили им?!

— Приказы не обсуждаются! — Рявкнул на него лейтенант.

Короткими перебежками отряд направился к улью. Блондин глаз не спускал с Советника и Куратора. Он был начеку.

Эта парочка вот-вот попытается что-то предпринять. Сифилис не одобрял затею со штурмом улья, но и уйти он не мог. За помощь в ликвидации особей, полковник Лукин обещал ему один из портативных телепортов, которые его бойцы добыли при штурме цеха.

Выйдя к дому, в котором располагался улей, они натолкнулись на несколько десятков особей.

— Огонь! — Приказал лейтенант. — Нужно удержать их пока Советник и Куратор монтируют установку.

Бойцы обступили Носова и Кьэру. Они тем временем устанавливали устройство которое должно было уничтожить королеву.

Как и прежде огнестрельное оружие только злило тварей. Сифилис двигался на пределе своих возможностей. Два или три раза челюсти особи клацали всего в нескольких сантиметрах от его лица. Внезапно все вокруг озарила яркая вспышка света.

"Телепорт?" Изумленно подумал блондин. Когда он обернулся, Носова и Куратора уже не было.

Энергия, выброшенная телепортом, многократно усилила тварей. Они стали больше, быстрее и хитрее. Не прошло и минуты как они перебили весь отряд. Сифилис оказался один против целой стаи заматеревших хищников. Уворачиваясь от острых клыков и беспощадно разя особей карателем, блондин предпринял отчаянную попытку добраться до ближайшего здания. И вот, когда до него осталось чуть больше десяти метров. Сифилис промахнулся. Каратель попал в лобную кость хищника и разлетелся на куски.

Какое-то время блондин бился голыми руками, но тварей было слишком много. Одной из них удалось зайти сзади. Мощным ударом она сбила блондина с ног. В ту же секунду подскочила еще одна особь и вцепилась зубами в шею Сифилиса.

Они оказались в огромном помещении. Первое что попалось Кьэре на глаза, это наполненная розоватым газом прозрачная труба. Приблизительно четыре локтя в диаметре. Она выходила из пола и строго вертикально тянулась до потолка.

— ЦП. — Констатировала Куратор. Только когда Всеволод не отозвался, она заметила что Руководитель лежит на полу без сознания. Его дыхание было еле заметным, а пульс почти не прощупывался.

Первый раз Марта пришла в себя, когда еще лежала на плече здоровяка. Он двигался довольно быстро, практически бежал. И это с ней на плече.

Голова кружилась и раскалывалась от боли. Девушка то и дело теряла сознание. Казалось что все происходящее сон. Ужасный кошмар, который пройдет, как только Марта проснется.

Когда сознание окончательно вернулось, Марта лежала на чем-то холодном и твердом. Совсем рядом потрескивал костер.

Девушка осмотрелась, насколько это ей позволяла все еще кружившаяся голова. Она находилась в не большой, мрачной пещере. В её центре потрескивал костерок, у которого Марта и лежала. Рядом сидел Ферат. Здоровяк не сводил глаз с костра.

Пошарив вокруг себя руками, она нашла увесистый булыжник и попыталась встать. Внезапно острая боль пронзила её пах. С губ Марты сорвался еле слышный стон. Штаны в промежности были насквозь пропитаны кровью.

— Ты лучше бы не вставала. — С заботой в голосе произнес Ферат.