— Но… Но…

Осмонд отвернулся от него и почти побежал к Капитану, стоящему рядом со своим «сыном». Позади Осмонда рыдал погонщик.

Глаза Осмонда наскоро ощупали Джека; потом их владелец, как если бы мальчика здесь не было, обратился к Капитану:

— Капитан Фаррен! Ты внимательно слушал последние пять минут?

— Да, Осмонд.

— Очень внимательно? Не упустив ни слова? Способен ли ты следовать в направлении, которое тебе подскажет твой нос?

— Да. Думаю, что да.

— Думаешь, что да? Какой же ты отличный Капитан! Я думаю, мы ещё поговорим о том, как такой отличный капитан произвёл на свет лягушечье отродье.

Его глаза холодно блеснули.

— Но сейчас для этого нет времени. Сейчас ты должен собрать своих бравых молодцов и скорее вывести их на Внешнюю Дорогу. Ты следишь за ходом моих мыслей?

— Да, Осмонд.

Осмонд быстро глянул на небо.

— Морган ожидается в шесть часов — или позднее. Сейчас — два. Я говорю — два! Ты тоже говоришь «два», Капитан?

— Да, Осмонд.

— А что скажешь ты, маленький кретин? Тринадцать? Двадцать три? Восемьдесят один час?

Джек раскрыл рот. Осмонд кривлялся, и в мальчике поднялась волна ненависти.

«Ты бил меня, но если представится возможность…»

Осмонд опять повернулся к Капитану.

— До пяти часов, я думаю, ты доберёшься до места, где валяются бочонки. После пяти быстренько очистишь дорогу. Понял?

— Да, Осмонд.

— Тогда пошёл вон отсюда!

Капитан Фаррен отдал честь и повернулся. Джек сделал то же самое. Осмонд отвернулся от них. Он смотрел на погонщика, взмахивая хлыстом.

Погонщик понял, что Осмонд сейчас приблизится к нему, и застонал.

— Пошли, — сказал Капитан мальчику. — Не хочешь же ты смотреть на это?

Нет, — быстро ответил Джек, — нет, о Боже!..

Но ещё до того, как они покинули территорию павильона, Джек услышал это — он уже однажды слышал это во сне: удары хлыста следовали один за другим, и каждый сопровождался вскриком погонщика. Осмонд также издавал звуки. Их трудно было описать, для этого нужно было увидеть его лицо — чего Джек совсем не хотел делать.

Но он был уверен, что понимал природу этих звуков.

Похоже, что Осмонд так смеялся.

Они находились в довольно людном месте. Зеваки исподтишка косились на Капитана Фаррена… и уступали ему дорогу. Капитан шёл быстро, его тёмное лицо ничего не выражало. Джек старался не отставать..

— Нам повезло, — внезапно сказал Капитан. — Чертовски повезло. Я думал, что он убьёт тебя.

У Джека пересохло во рту.

— Он сумасшедший, знаешь ли… Сумасшедший, как тот, кто мажет торт горчицей.

Джек не понял, что означает это сравнение, но был согласен с тем, что Осмонд — сумасшедший.

— Что…

— Подожди, — прервал его Капитан. Они подошли к небольшой палатке, где состоялся их первый разговор. — Стой здесь и жди меня. Ни с кем не разговаривай.

Капитан вошёл в палатку. Гуляки глазели на Джека. Грязные дети обступили его. Молодая женщина с грязным младенцем на руках учила ребёнка мочиться на землю. Джек отвернулся от неловкости и покраснел.

Женщина посмеивалась.

— Ну, маленький, выпускай же струйку! Скорее, милый! Скорее…

— Быстро, болван, или ты окончишь день в тюрьме.

Это был Капитан. Он вышел из палатки с другим мужчиной. Этот другой был старым и толстым, но у него было что-то общее с Фарреном — он выглядел как заправский солдат. В руках он держал французский рожок.

Женщина с ребёнком скрылась, не глядя больше на Джека. Капитан взял у своего спутника рожок и что-то сказал ему. Толстяк кивнул, поправил рубаху, забрал назад рожок и затрубил. Этот звук напомнил Джеку его первое приземление в Территориях; тогда трубило множество рожков, и их звуки были предвестниками.

Капитан повернулся к мальчику.

— Пошли со мной.

— Куда?

— На Пограничную Дорогу. Мой отец называл её Западной Дорогой. Она идёт на запад через маленькие деревушки, пока не доходит до границы. За Границей она идёт в рай… или в ад. Если ты думаешь идти на запад, тебе понадобится божья помощь, мальчик. Но я слышал, что Он Сам никогда не путешествует за Границей. Пошли.

Вопросы, миллионы вопросов терзали Джека, но Капитан шёл с каменным лицом, и мальчик боялся нарушить молчание. Они пошли в направлении того места, где Джек приземлился. Позади истошно кричал погонщик. Его голос был ясно слышен. Скорее, скорее прочь от Осмонда, Безумного и Ужасного!