— Ну, двадцать, – Бьянка решила прибавить немного. Ей неловко было от того, что ей самой было гораздо больше, а она покусилась на семнадцатилетнего парня.

— Ваши мужчины в двадцать лет уже женаты? – продолжал литиат.

— Редко, кому не повезет, – усмехнулась княжна.

— Когда я женюсь, мое тело изменится, потому что изменится жизнь. Если бы у меня была женщина в мои двадцать, то сейчас я выглядел бы как Велиамор, – Даан ждал какой-нибудь реакции собеседницы, желая увидеть, поняла она или нет. До Бьянки медленно доходило устройство организма литиата.

— А если бы Велиамор был еще девственником, то выглядел бы как ты? – спросила она краснея.

— Да, но жизненный опыт и войны, в которых он участвовал, все равно немного изменили бы его. Он выглядел бы как ваш король, – Даана тема нисколько не смущала.

— Эта война придаст тебе мужественности, будь уверен, – княжна все больше погружалась в раздумья. Отношения с этим парнем уже не казались ей такими простыми.

— Но это еще не все, – продолжал Даан, привлекая ее внимание. – Ты должна еще кое-что узнать, прежде чем станешь моей.

Бьянка покраснела еще больше, вновь почувствовав приятное волнение. Что бы там ни было, она не намерена была отпускать его, не изведав полностью. Внутреннее чутье, развившееся за годы общения с противоположным полом, подсказывало, что этот немаловажный аспект жизни мог как свести на нет все достоинства, так и перекрыть многочисленные недостатки.

— Я повлияю на твою жизнь, а ты на мою, – произнес литиат, стараясь объяснить доходчивее, хотя сам знал об этом только понаслышке.

— Я это осознаю, у людей тоже так, – улыбнулась Бьянка ласково.

— Нет, ты будешь жить дольше, а моя жизнь сократится, – ответил Даан. – Моя магия ослабеет и сила может вообще оставить меня под конец жизни, если я буду жить среди людей. Тем более теперь, когда книги больше нет.

— Не поняла, ты хочешь сказать, что я доживу до ста лет? – усмехнулась девушка, считая все это маловероятным. Одно дело огненные языки пускать, но делиться бессмертием казалось невозможным в принципе.

— Я не знаю, не могу ответить точно, – литиат задумался и молчал какое-то время. Бьянка рассматривала его прекрасное лицо, убеждая себя, что этот юноша и есть ее подлинная судьба.

Аллель резко обернулся и тоже посмотрел на ее жениха. Даан вскинул голову, словно его позвали по имени, хотя оба хранили молчание. Бьянку очень забавляла их хамская манера общаться мысленно, в то время как рядом были люди, не слышавшие ни слова. Все равно что шептаться в обществе.

— Вам нужно усвоить немного хороших манер, если хотите жить при дворе, – сказала княжна, наблюдая за немым диалогом. Лицо Аллеля было непривычно оживленным, а Даана все больше бледнело.

— Если бы вы посвятили меня в вашу тайну, я смогла бы помочь советом, – продолжала она, нахмурившись. Литиаты полностью проигнорировали ее попытки привлечь к себе внимание.

Аллель вдруг улыбнулся и, махнув рукой ехавшему позади них Андору, развернул лошадь и поехал обратно. Даан опустил голову, отрицательно мотнув.

— Куда он? – Бьянка привстала в седле, глядя вслед покинувшему их литиату.

— Других себе найдут, говоришь? – спросил маг, взглянув на нее.

Княжна поняла.

Велиамор, словно почувствовав, обернулся и придержал коня, оглядывая едущих позади.

— Где он? – спросил советник обеспокоенно, остановив взгляд на братьях. Андор молчал, тоже не зная, куда подался Аллель. Солдаты заметили переполох и всадника, оставившего обоз.

— Возвращается в Стоунхолд, – ответил Даан, не глядя на Велиамора, словно в поступке друга была его вина. Бьянке это не понравилось.

— Почему ты отпустил его? – выговаривал ему маг. Люди вокруг начали прислушиваться. Редко они могли быть свидетелями разговоров литиатов. Бьянка искала взглядом кого-нибудь из офицеров, чтобы попросить разогнать зевак.

— Он не слушал меня, – оправдывался Даан. – Я пытался задержать.

— Если с ним что-то случится, Кайна ответит мне, – произнес Велиамор угрожающе. Княжна помнила, что советник оставался вампиром, хотя успешно сдерживал темную натуру.

— Что может случиться? – спросила княжна, желая защитить жениха, выслушивающего незаслуженные порицания. – Он же маг.

— Да, он маг, – ответил ей Велиамор, смягчив тон. Бьянка была ему как дочь, и он любил ее не меньше чем Гордона и Виктора. – Но мы в Холоу.

— Он может встретить разбойников или крестьянскую дружину, – пояснил девушке Даан.

— Я не могу ехать за ним, – Велиамор мотнул головой раздосадованный выходкой брата.

— Я могу, – предложил Даан. Андор кивнул, давая понять, куда брат, туда и он.