– С твоей бывшей женой, ты хотел сказать.

– Верно.

– Итак, если я выдам себя за Кэтлин, явлюсь к Джанет вся избитая и в синяках и ссадинах и скажу ей, что он это сделал со мной в качестве предупреждения, думаешь, она на это купится?

– Уверен, что купится. Он уже не сможет утверждать, что вылечился, если сотворил такое снова. Но тебе придется сыграть эту роль соответствующим образом. Так что надо будет порепетировать.

– Я беру минимум за два часа.

Я улыбнулся.

– Я полагаю, что двадцать штук – вполне достаточная сумма.

Лорин улыбнулась в ответ.

– Это поможет снять боль, – сказала она. Но ты же сам сказал, что двадцатка – это за побои. А все, что сверх этого – репетиции, например, – оплачивается дополнительно.

И тут же увидела, как я нахмурился.

– Не надо со мной мелочиться, Донован, – сказала она. – Я, судя по всему, единственная подходящая личность в городе, единственная эскортница, достаточно похожая внешне на Кэтлин, чтобы эта твоя сумасшедшая задумка сработала.

– Хорошо, убедила, – сказал я, отметив про себя, что раньше-то она называла себя просто шлюхой. – Но если уж я плачу тебе повременно, то потребую полной отдачи.

– Конечно.

Я кивнул.

– Хорошо. И еще одно, Лорин. Обещаю тебе, что если моя бывшая отменит свадьбу, я буду твоим должником.

– Должником, – повторила она.

Я кивнул.

– Ты хочешь сказать, что это будет что-то вроде мафиозных штучек?

Я ничего на это не ответил.

– Что ты, к примеру, кого-нибудь убьешь, если я тебя попрошу?

Я пожал плечами.

– Это уж твое дело, что ты у меня попросишь.

– Мистер, ты же прямо какой-то урод ненормальный! Тебе еще никто об этом не говорил?

– Вообще-то, говорили, и неоднократно.

Лорин с минуту молча смотрела на меня.

– Ну, что же, будем считать, что этот должок за тобой, – сказала она, – потому что у меня в жизни тоже имеется свой Кен Чапмен. – Попыталась вернуть мне одну из пачек. – Может быть, ты хочешь дать мне сейчас половину, а еще половину потом?

– Я тебе доверяю, – сказал я.

Она кивнула.

– Надо полагать, что если ты желаешь избить меня и убить моего бывшего, то ты не из тех, кого легко обвести вокруг пальца, а? Я права?

– Как ты думаешь, тебе удастся убедительно сыграть этот спектакль?

– Ты шутишь, что ли? – спросила Лорин. И добавила, что ее опыт в качестве успешной эскортницы за все прошедшие годы сделал из нее гораздо более убедительную актрису, чем Мэрил Стрип.

Вот как она это сформулировала:

– По крайней мере, один раз в неделю какой-нибудь восьмидесятилетний старикашка воображает, что довел меня до сокрушительного оргазма, понимаешь? Так что эта твоя задумка с Джанет – просто и легко. – Но потом кивнула, уже серьезно: – И тем не менее, тебе нужно кое к чему быть готовым.

– К чему именно?

– К тому, что она никогда к тебе не вернется.

– Да мне и не нужно, чтоб она ко мне возвращалась.

– Тогда сформулируем это по-другому: она никогда тебя не простит.

– А ты не думаешь, что в конечном итоге она меня поблагодарит?

– Ни единого шанса.

Я немного пораздумывал над этим.

– Окей. И все равно игра стоит свеч.

В общем и целом мы с Лорин проторчали вместе еще шесть часов. Весь первый час мы репетировали ее «текст слов», снова и снова. Потом я позвонил в бюро обслуживания и заказал еду в номер. После чего мы репетировали еще тридцать минут, пока дожидались, когда эту еду нам принесут. Потом принесли ланч, и мы его съели, потрепавшись вообще «за жизнь».

Я никак не мог избавиться от удивления, насколько похожей она сейчас была на Кэтлин Грэй. Да, у Лорин не было той жизненной искорки, как у Кэтлин, не было и того дара нежного прикосновения и ее способности вызывать обожание. И все же было в нее нечто особенное, очень ей идущее, делавшее ее еще больше похожей на Кэтлин Грэй.

После ланча, поскольку я все равно платил ей повременно и поскольку она смотрелась так похоже на Кэтлин Грэй, мы немножко позанимались обычным сексом.

А потом я избил ее до полусмерти.