— Он вдруг посмотрел мне в глаза. — Ты бы ей понравилась.

— Она была белая? — Просто выпалила я. Я не имела в виду ничего такого, но после того, как слова повисли в воздухе, они прозвучали ужасно грубо. Я убрала руку и положила на свою сторону.

Грейсон, однако, рассмеялся. — Да, — сказал он. — Но это не то, почему бы ты ей понравилась, — он оценивал меня буквально мгновение. — Ты крепче, чем тебе кажется. Ты пройдешь через это, Промиз.

Он, наконец, взял немного пиццы.

— Грей?

Он поднял брови и проглотил. — Что?

— Что ты изучал?

— Археологию. Как Индиана Джонс, — он хихикнул. — Думаю, ты не знаешь, кто он, черт возьми, правда.

Имя звучало смутно знакомым. Я посмотрела на него. — Пошел ты. Ты мог бы, и просветить меня.

Его улыбка исчезла, когда он нашел глазами мое лицо. — Да,— сказал он, — я мог бы просветить тебя, Промиз.

Мы долго не задерживались, быстро поели, а затем отправились домой. Грейсон указал на растущее пылевое облако на западе, когда мы выехали из Паркера.

Я уставилась на облако. Это было зловещая темная стена, которая выглядела высотой в несколько километров и быстродвижущейся.

— Хабуб, — сказал он, запуская двигатель. (Прим. Haboob [h`bu:b] сущ. араб. хабуб, сильная песчаная или пыльная буря)

— Что? — Закричала я, в ужасе не отводя от него глаз. Однажды я видела картинку с одной из самых известных песчаных бурь Великой Депрессии, когда она навалилась на сонный городок в штате Оклахома. Монстр направлялся в нашу сторону и выглядел устрашающе похожим.

— Так называют большие пыльные бури. Мы можем оторваться от него в Куартзсайте, если будем ехать быстрее. Держись.

Он едва дождался, пока я ухватилась руками, а потом плавно ускорился. Я прижалась лицом к его спине, закрыв глаза из-за ветра. Я не открывала их, пока не почувствовала, что мотоцикл снизил скорость, и поняла, что мы приближаемся к Куартзсайту.

Стена пыли или Хабуб, быстро надвигалась. Грейсон остановил мотоцикл перед баром, и я спрыгнула, глядя на, казалось бы, непроходимый каскад коричневой пыли, которая появилась, чтобы проглотить все на своем пути.

Я не могла отвести взгляда. В самом деле, я чувствовала, что меня будто магнитом притягивает, возвышаясь на добрую милю в высоту и несколько миль в ширину. Я поняла, что я быстро подходила к нему, мимо трейлера, мимо высохшей стирки. Когда я резко остановилась, Грейсон почти врезался в меня. Я с удивлением повернулась к нему. Я не слышала, что он идет за мной.

— Посмотри на это, — я указывала, как завороженная.

Он кивнул. — Это удивительное зрелище. — Он потянул меня за рукав. — Эй, ты не должна стоять здесь, когда она нагрянет. Эта пыль несет с собой всякое дерьмо, и может причинить боль.

— Подожди минуту, — прошептала я, загипнотизированная вздымающимся размахом, пока он приближался, его стало видно лучше.

Грей топтался рядом со мной, пиная песок. Я хотела сказать ему, чтобы он шел без меня, но знала, что он не уйдет. Я посмотрела, как коричневое облако начало закрывать небо. Он был прав; Я не должна здесь оставаться. Я не сомневалась, хабуб мог попытаться поглотить меня целиком своей густой мглой. Мысль испугала и развеселила меня.

Он не отстранился, когда я отыскала его руку. Его пальцы переплелись с моими, и его хватка стала крепче. Мы наблюдали, как ветер начал сеять песок у наших ног.

— Сейчас, — я обратилась к нему с улыбкой, — как насчет того чтобы купить мне первую выпивку?

Он задумался. — Сейчас подходящее время, как и в любое другое время.

Мы быстро пошли и тихо вернулись к бару. Грей продолжал держать меня за руку. Но только до того, как мы дошли до порога.

Я обернулась и посмотрела на него, когда он отошел. Казалось, я должна была что-то сказать. Или он должен.

Но, в конце концов, мы только смотрели друг на друга молча, когда горячие потоки ветра начали свирепо порываться, быстро рассекая все вокруг нас.

«Земля крайностей. Земля контрастов. Земля сюрпризов. Земля противоречий. Это Аризона». — Федеральная программа поддержки писателей, 1956.

«И никто, кроме любимых не заставляет нас смеяться или плакать». — Уилла Катер.

Грейсон.