– Они убивают нас, Джефф, – прошептал он. – О, Господи, они нас убивают.

Джефф Кина еще раз попытался встать, предпринять еще одну атаку, но силы истекали, тьма сгущалась.

– Мама, – прошептал он. – Мама...

Голос затих, тело пронзила дрожь, потом оно расслабилось и затихло.

– Любопытно, что более крупный скончался первым, – донесся голос Йошихары до Джоша Малани. Это было последнее, что он слышал, а потом темнота сомкнулась над ним.

– Никак не могу взять в толк, зачем они его сюда привезли, – сказал Роб, въезжая в ворота поместья Йошихары.

– Понятия не имею. – Катарина сидела рядом, натянутая как струна, обхватив плечи руками, словно удерживала рвущуюся наружу тревогу. Ей мерещилось, что Майкл упрятан в подземелья исследовательского центра; заперт, как тот щенок, что умер у нее на руках. – Мне сказали только, что нужно приехать в офис Йошихары.

Выскочив из машины, едва та притормозила, она бегом кинулась по газонам, отделявшим исследовательский корпус от группы зданий, являвшихся личной резиденцией Йошихары, Роб за ней следом, – и вдруг остановилась в растерянности, сообразив, что не знает, где находится его офис. Она смущенно оглядывалась, когда перед ней возник почтительно кланяющийся слуга.

– Мистер Йошихара ждет вас. Сюда, пожалуйста.

Изящный мостик вел к настоящему чайному домику, выстроенному на островке посреди пруда. В нем было всего две комнаты, которыми Йошихара пользовался как офисом. В той что поменьше, довольно тесной, помещался рабочий стол Иоланды Умики, два резных стула, чайный столик и несколько картотечных ящиков у стены. В кабинете самого Йошихары стоял лишь простой полированный стол, пустой, если не считать телефона, и единственный стул. По полу было разбросано несколько подушек. Как только они вошли, Йошихара появился с веранды, откуда открывался вид на зеркальную поверхность пруда и ухоженные посадки карликовых сосен. Задвинув за собой дверь-ширму, он направился к Катарине, протягивая для пожатия руку. Лицо его было мрачно.

Катарина в последнюю секунду переборола искушение не пожимать ему руку.

Зачем предупреждать его о своих подозрениях?

– Доктор Сандквист, не могу выразить, как огорчен тем, что случилось с вашим сыном.

– Где он? Я хочу его видеть.

– Я сам провожу вас туда чуть позже.

– Чуть позже? – повысила голос Катарина. – Мистер Йошихара, речь идет о моем сыне! Моем сыне! Насколько мне известно, он упал в обморок на стадионе средней школы в Бэйли. Почему его не доставили в Мемориальную больницу Мауи?

Йошихара жестом указал ей на одну из подушек, но она проигнорировала приглашение и он тоже остался стоять.

– Его доставили сюда согласно моему указанию, – объяснил он.

– Вашему указанию? – вскинулась Катарина. – Да кто вы такой, чтобы отдавать приказы, касающиеся моего сына? И как вы узнали, что с ним что-то случилось? Вы что, следили за ним?

Если она надеялась, что он смутится, она ошибалась: Йошихара не только не был обескуражен обвинением, а напротив, с готовностью с ним согласился.

– По правде говоря, да, – сказал он. – С тех пор, как умер Киоки Сантойя, я был обеспокоен не только состоянием Майкла, но и тем, как чувствуют себя его приятели Джефф Кина и Джош Малани. – Он помолчал немного. – Не знаю, как мне вам это сказать, доктор Сандквист, но вчера вечером Малани умер на пляже в Спрекельсвилле.

Известие потрясло Катарину. Инстинктивно она потянулась к Робу. Тот взял ее за руку. Йошихара пододвинул женщине стул.

– Хотите, Иоланда принесет что-нибудь? – предложил он, когда она села.

Катарина безмолвно покачала головой. Джош умер? Как это могло случиться? И если Джош умер...

– Как? – тихо произнесла она, утратив весь свой напор и не отпуская руки Роба. – Боже милосердный, почему?

– Доктор Джеймсон еще не выяснил в точности, с чего все началось, – сказал Йошихара, присев на свой стол. – Но он крайне заинтересовался тем, что произошло с Сантойей, особенно состоянием его легких. Проведя лабораторные исследования, он пришел к выводу, что легкие мальчика каким-то образом утратили способность абсорбировать кислород в кровь. Это примерно то же самое, что аллергия на кислород. Когда выяснилось, что у вашего сына проблемы с дыханием, но они связаны не с тем, что он не может вдохнуть или выдохнуть, доктор Джеймсон решил, что жизненно важно, чтобы Майклу не дали кислорода.

Катарина вцепилась в Роба, борясь с подступающей паникой. Он обнял ее за плечи, словно защищая от любых слов Йошихары.

– Но вы еще не сказали нам, чем именно болен Майкл, – произнес он.

– Для того, чтобы это сделать, я должен рассказать вам кое-что об экспериментах, которые здесь проводятся, – сказал Йошихара и посмотрел на Катарину. – Доктор Силвер уже дал нам подписку о неразглашении. Она является составной частью его контракта. Боюсь, мне придется попросить вас о том же. – Он нажал кнопку на телефоне, вызывая Иоланду, которая появилась с листком бумаги в руках.