Как же боюсь того, что ты всё-таки окажешься права, родная…

Сейчас:

Я не помнил, как в прошлой жизни оказался в этом небольшом сарайчике. Наверное, к нему привело обычное любопытство — не больше. Гулял по узкой улочке, с интересом рассматривая дома, и увидев полуразвалившееся, никому ненужное строение, решил заглянуть.

А там встретился со своим кошмаром, который безошибочно почувствовал, где можно найти спасителя так, чтобы не пересечься с остальными проводниками. Тогда мастер хотел всего лишь познакомиться — это заняло минуту и всего несколько фраз, но вполне хватило, чтобы поселить в сердце липкий страх перед мальчишкой — ровесником с добрым взглядом безумца.

Сейчас же на встречу я шел целенаправленно, лишь изредка поглядывая на другие дома, чтобы создать хоть какую-то иллюзию прогулки. Даже пустота внутри напряглась, поднимаясь волной странного предвкушения, предчувствуя новый виток игры. До этого было вступление, сейчас же предстояло разыграть первую партию. И от её результатов зависело очень многое.

В новом мире и времени сарай казался ещё более жалким. Я долго удивлялся ещё тогда, почему жители деревни забросили его, не используя и не снося. Ведь это нерационально. Потом кто-то из деревенских подростков рассказал, что связаны с этим местом плохие воспоминания и тёмная история, и из-за этого его все боятся. Но если сарай убрать — поселившееся в нём проклятие вырвется на свободу.

Не стану спорить — в жизни, впрочем, как и в смерти, случаются разные вещи…

Эрик ждал меня.

Он поднялся на встречу с наколдованного стула, который смотрелся настолько нелепо под прогнившей крышей, пропускающей звездные лучи, и покосившимися стенами, что я остановился у двери, дотронувшись рукой до шершавого косяка, даже не смотря на то, что в секунды магия развеялась. Белая звезда била в спину ярким светом, окутывая меня легкой вуалью и густым черным цветом вырисовывая на досках пола четкий контур тени.

Темный мастер улыбался — просто и искренне, как умел улыбаться только он. Наклонил голову набок, рассматривая меня, слегка прищурившись от ярких лучей. Чуть склонился, приложил ладонь к сердцу — по этикету именно так полагалось встречать равного себе по силе.

— Здравствуй, лорд — спаситель. Я не мог не поприветствовать тебя в нашем прекрасном мире. Моё имя…

Договорить он не успел. Мне хватило всего доли секунды, чтобы переместиться к нему за спину, прижав к горлу Эрика лезвие кинжала, который до этого момента был спрятан в трости. Слегка нажал, чувствуя, как набухает капля крови, скатываясь по коже на воротник его белоснежной рубашки. Потянулся к нему и глубоко втянул воздух, всем естеством ощущая густой запах крови мастера.

— Здравствуй, Эрик, тебе не нужно представляться, — прошептал я, — меня же ты всегда предпочитал называть по данному при рождении имени — Сергей, но сейчас можешь ограничиться "господином" или "милордом".

— Что ж, — кажется, мастер усмехнулся, — пожалуй, я выберу другой вариант.

Он резко шагнул вперёд, прямо на лезвие. Однако вместо стали его горло повстречалось с пустотой. Отдернув кинжал, я спокойно подождал, когда Эрик повернётся в мою сторону. После чего, встретившись взглядом с ярко — синими глазами, протянул ему оружие.

— Не думал, что ты так стремишься свидеться с тихой госпожой.

Мастер покачал головой.

— Я не стремлюсь. Если бы хотел меня убить, не стал бы говорить про то, как мне следует тебя называть. Хотя, теперь вижу, что ты сказал это специально, Сергей… — он нарочно назвал меня именно так: — как интересно! Эти тупицы притащили бездушного безумца. Кажется, им не терпится поближе познакомиться с Бездной. Неужели слепец в кои-то веки ошибся?

Как я и думал, Эрик вцепился в новую игрушку, даже обошёл кругом и дотронулся до моего плеча, словно проверяя — настоящий ли я. Особенно интересно выглядело неописуемое восхищение на его лице. Восхищение маленького ребёнка, который неожиданно узнал, что магия действительно существует. Восхищение жестокого, сумасшедшего ребёнка, который понял, что этой магией можно не только зажигать звёзды, но и уничтожать целые вселенные.

Мучить, убивать, экспериментировать с живым материалом.

— Я давно исследовал феномен Бездны и возможность искусственного существования. Ведь это такие перспективы! Но, к сожалению, все экспериментальные образцы не жили дольше двух месяцев. И кроме подвижности зрачков ничего больше восстановить не удавалось. Ответь, мы ведь уже встречались? — ты ведь сам это сказал. Сказал специально. Когда?

Прежде, чем ответить я долго вглядывался в лицо своего кошмара. Вспоминал… — боль, страх, страдания. Пытался ассоциировать их. Сколько же из-за него потерял. Я больше не чувствую боли. И поэтому мне интересно, сможет ли Эрик теперь заставить меня кричать. Удастся ли повторить тот фокус, от которого меня столько страстно пыталась отговорить Бездна.

Криво усмехнувшись, я, наконец, решил, что сказать…

Что мы узнали? Как пахнут сгоревшие травы,

Как останавливать кровь и стрелять на бегу,

Как нелегко быть всегда убедительно — правым,

Старых друзей оставляя на том берегу…

Андрей Белянин

— Успокойся, прошу. Что бы ты ни видел, сначала все стоит хорошо обдумать и проанализировать, — Ларин убрала темно — рыжую прядь со лба Далика, улыбнулась. — Ты уже давно не глупый мальчишка, чтобы бросаться в неизвестность только из-за непонятного разговора.