Пока звон в ушах Джанс постепенно затихал, Джульетта подкрутила какие-то ручки, наблюдая за стрелками в стеклянных окошках.

— Я полагала, что мы займемся этим завтра утром, — заметила она, сосредоточившись на работе.

— Мы дошли быстрее, чем я рассчитывала.

Джанс взглянула на Марнса. Тот держал наушники и переминался с ноги на ногу.

— Рад снова тебя видеть, Джулс, — сказал он.

Женщина кивнула и подалась вперед, разглядывая огромную машину через толстое оконное стекло. Ее руки порхали над большой панелью управления, сами находя и подстраивая черные диски с потертыми белыми маркировками.

— Сочувствую по поводу твоего напарника, — произнесла она, бросив взгляд вниз на приборы.

Затем повернулась и посмотрела на Марнса, и Джанс увидела, что эта женщина, если убрать пот и грязь, очень красива. Лицо ее было худощавым, с правильными чертами, глаза — ясными, в них светился живой ум. И женщина смотрела на Марнса с искренней симпатией.

— Честно, — добавила она. — Он мне показался хорошим человеком.

— Он был лучшим, — выдавил Марнс дрогнувшим голосом.

Джульетта кивнула, как будто других слов не требовалось. Затем повернулась к Джанс:

— Ощущаете, как вибрирует пол, мэр? Это муфта турбинного вала, разбалансированная всего на два миллиметра. А если вы думаете, что здесь сильная вибрация, то попробуйте положить руки на корпус. Пальцы у вас мгновенно онемеют. А если продержите руки чуть дольше, то все кости у вас затрясутся так, словно вы разваливаетесь на части.

Протянув руку, она сдвинула массивный переключатель, потом вернулась к панели управления.

— А теперь представьте, что испытывает генератор, разваливаясь на кусочки от такой тряски. В трансмиссии начинают крошиться зубцы, эти металлические крошки попадают в масло и царапают все, как наждак. И не успеете вы ахнуть, как муфту разносит на куски, а мы остаемся без электричества — если не считать того, что сможет выдать аварийный генератор.

Джанс затаила дыхание.

— Тебе надо, чтобы мы кого-то убедили? — спросил Марнс.

Джульетта рассмеялась:

— Все это давно уже не новость, и нынешняя смена ничем не отличается от любой другой. Если бы резервный генератор не разобрали, чтобы достать новые уплотнения, и если бы мы смогли продержаться неделю на половине обычного энергопотребления, то я смогла бы разобрать эту муфту, отрегулировать опоры, и генератор заработал бы как новенький. — Она бросила на Джанс быстрый взгляд. — Но поскольку нам выдали распоряжение работать на полную мощность и без перерывов, то этого не произойдет. А я и дальше буду затягивать болты, которые ослабевают от тряски, и стараться подбирать правильные обороты турбины, чтобы она работала в таких условиях.

— Когда я подписывала то распоряжение, я даже не представляла…

— А я-то думала, что описала все в заявке настолько просто, что понять это смог бы любой, — ответила Джульетта.

— И когда может случиться авария?

Джанс вдруг поняла, что не она задает вопросы этой женщине, а наоборот.

— Когда? — Джульетта рассмеялась и покачала головой. Завершив регулировку, она повернулась к ним, скрестив руки на груди. — Она может произойти прямо сейчас. Или через сто лет. Но главное здесь вот что: она произойдет и ее можно предотвратить. А целью должно быть не поддержание этой машины в рабочем состоянии на протяжении нашей жизни… — Она многозначительно взглянула на Джанс. — Или текущего срока на посту. Если не поставить целью, чтобы машина работала вечно, то лучше собирать вещички прямо сейчас.

Джанс увидела, как Марнс напрягся при этих словах. Она почувствовала и реакцию своего тела: по коже пробежал холодок. Последняя фраза была опасно близка к измене. Метафора оправдывала ее лишь наполовину.

— Я могу объявить энергетические каникулы, — предложила Джанс. — Например, в память о тех, кто проводил очистку. — Она ненадолго задумалась. — Или это может стать поводом для техобслуживания не только вашего генератора. Мы могли бы…

— Тогда желаю вам удачи в том, чтобы уговорить АйТи отключить всякую фигню, — произнесла Джульетта и провела по подбородку рукой, а потом вытерла руку о комбинезон. Затем взглянула на оставшийся на ткани жирный черный след. — Извините за грубость, мэр.

Джанс хотелось ответить, что все в порядке, но эта женщина своей уверенностью и энергией очень ярко напомнила ей ее саму в молодости. Такую Джанс, какую она уже с трудом вспоминала, — лишенную щепетильности и добивавшуюся того, чего хотела. Она невольно взглянула на Марнса.

— А почему ты выделила их отдел в плане энергопотребления?

Джульетта рассмеялась и воздела руки к потолку:

— Почему? Потому что Ай-Ти занимает сколько? Три этажа из ста сорока четырех. И тем не менее они потребляют четверть всего электричества, которое мы производим. Я могу сделать для вас расчеты…

— Не утруждайся.

— А я не помню, чтобы сервер хоть раз кого-нибудь накормил, спас чью-то жизнь или заштопал дырку в штанах.

Джанс улыбнулась. Она неожиданно поняла, что нравится Марнсу в этой женщине. И еще она поняла, что именно он когда-то видел в ней самой, молодой, — до того, как Джанс вышла за его лучшего друга.

— А что, если мы заставим Ай-Ти на неделю отключить часть их оборудования для техобслуживания? Тогда получится?

— Я-то думал, мы сюда спустились, чтобы нанять ее на другую работу и избавить от всех этих проблем, — пробурчал Марнс.