Первым проблеском сознания было ощущение, что у меня есть голова и это меня здорово раздражало, потому что пошевелить ей я все равно не могла. Тем не менее я все же попыталась это сделать и сразу же застонала от боли.

– Как ты? – Раздался откуда-то сверху встревоженный голос, показавшийся смутно знакомым.

Это еще кто? – От страха я сделала попытку вскочить, но сильные руки удержали меня на месте. Открыв глаза пошире я увидела расплывающийся силуэт чьей-то фигуры и поняла, что сижу на траве в том же самом месте, где на меня напал этот полоумный, а кто-то очень бережно поддерживает меня за плечи. Голова отозвалась на резкое движение такой дикой болью, что я чуть не отключилась снова. Но мне удалось сфокусировать взгляд и я с удивлением увидела перед собой лицо парня из кафе.

– Ты? – От изумления мои глаза сами собой распахнулись.

– Удивлена? – Усмехнулся Тим.

– Не то слово. Что ты здесь делаешь?

– Разве непонятно? Слежу за тобой, разумеется. – Невозмутимо пожал он плечами.

– Послушай, – начала я, – меня не очень устраивает твоя привязанность ко мне. – Говорила я медленно, с трудом ворочая языком, но Тим понял что я имею в виду, однако не обиделся.

– А я думаю, что оказался здесь очень кстати. Парень был настроен весьма серьезно.

– Где он? – Испуганно завертела я головой.

– Убежал. – Ответил Тим и я почувствовала, что он искренне переживает по этому поводу. – Он прихватил с собой твою сумку и оказался просто каким-то спринтером. Чтобы ты не обнаружила мое присутствие, приходилось идти на значительном расстоянии, так что когда я подбежал, ты была в нокауте, а парень с сумкой делал ноги. Как ты себя чувствуешь?

– А как бы ты себя чувствовал, получив ни за что ни про что по голове и лишившись зарплаты? Ты не мог бы перестать разглядывать меня с таким вниманием? Лучше помоги мне встать.

– Ты чувствуешь себя превосходно. – Невозмутимо подытожил Тим. Он довольно бесцеремонно подхватил меня под мышки и поставил на ноги. Я охнула, потому что земля качнулась у меня перед глазами, но он не дал мне упасть, продолжая поддерживать под руку. С трудом переставляя затекшие ноги, я медленно побрела вперед. Тим не отставал.

– А ты куда? – Строго спросила я.

– Хочешь сказать, что можешь дойти самостоятельно?

Я прикинула расстояние до дома и поняла, что это выше моих сил. Гудящая голова отчаянно протестовала против малейшего движения, росшие вдоль дороги кусты то и дело расплывались. Мне почему-то припомнилась старинная песенка пьяницы из классического репертуара: «Левая, правая где сторона? Улица, улица, ты, брат, пьяна!» Я была трезвой, но насчет улицы не поручусь, так она плясала у меня перед глазами.

Я не хотела признаваться Тиму, что его помощь мне необходима, поэтому просто промолчала, стараясь сохранять равновесие и идти ровно. Со стороны мы, должно быть, напоминали подвыпившую парочку: когда меня пошатывало, я помимо воли опиралась на Тима и ему приходилось возвращать меня в исходное положение.

Кое-как мы добрались до моего дома. Подъем на пятый этаж потребовал от меня недюжинных усилий. Ключ остался в сумочке, но у соседей хранился запасной. От ненужных расспросов меня спасло только то, что родителям Оксаны хватало собственных проблем.

Пять лестничных пролетов вымотали меня окончательно. У меня даже не осталось сил, чтобы выгнать Тима, когда я обнаружила, что он, вместо того, чтобы тактично удалиться, доставив меня до квартиры, нахально прошел в комнату и удобно расположился в кресле.

Я сразу же отправилась в ванную и меня вывернуло наизнанку. Сотрясение. – Равнодушно констатировала я. Добравшись до зеркала, я с удивлением уставилась на свое отражение. Про таких моя бабушка говаривала: «В гроб краше кладут». Бледное, перепачканное лицо с мутными глазами и бескровными губами отнюдь не украшала здоровенная ярко-розовая ссадина на лбу, из которой в нескольких местах сочилась кровь. «Ладно, хоть череп не проломили,» – Подумала я. Оттянув кофточку на груди, я обнаружила на плече, в которое угодила первая палка, большой синяк. На пляже мне в этом сезоне больше не блистать.

Стараясь как можно осторожнее касаться раны на лбу, я умылась теплой водой и промокнула лицо полотенцем. На белой махровой ткани остались несколько красных пятнышек.

Придерживаясь за стену рукой, я дошла до комнаты. Тим по-прежнему сидел в кресле. Увидев меня, он не пошевелился, но глаза быстро обшарили меня с ног до головы.

– Полегчало? – Спросил он.

– Твоими молитвами. – Буркнула я. – Но не настолько, чтобы терпеть твое присутствие в моем доме. Я тебе, конечно, очень благодарна и все такое, но лучше бы тебе уйти.

– Ты не выглядишь особенно благодарной.

– Возможно. – Кивнула я. – Просто мне не нравится, когда кто-то оказывается в нужном месте в нужное время.

– Полегче. – Глаза Тима недобро сверкнули. – Если ты намекаешь, что я сам все это подстроил, то лучше сразу выброси эту мысль из головы. Зачем мне нападать на тебя, если мне нужна твоя помощь?

– Ой, не спрашивай. – Поморщилась я. – Откуда я знаю, что у тебя на уме?

– В сумке было что-то ценное?

– Смотря для кого. Для меня так даже очень. Там была моя зарплата за целый месяц.