Кусты раздвинулись, появилась голова Константина.

— У тебя глаза очень необычного цвета. Цвета василька, — задумчиво пролепетал он.

— Поэтому Васей и зовут, — представилась лесовка, отряхивая платье.

— Кого? — прохрипел Константин, отчего-то ревнуя к неизвестно откуда наклевывающемуся конкуренту Василию.

— Меня зовут Васей.

— Странное имя для девушки, — пробормотал сбитый с толку Самойлов.

— Обычное. Раньше, конечно, чаще встречалось, но и теперь не диковинное. Неужели никогда не слышал имени Василиса?

— А! Так Вася — это производное от Василиса, сокращенно. Тебе очень идет это имя. Василиса Прекрасная. А я Константин. Приятно познакомиться.

— Ты странный, — сказала лесовка, краснея от смущения.

— Ха! Станешь тут странным, когда вокруг такое творится. Расскажу кому — не поверят.

— А вдруг поверят?

— Я бы в кикимор, гигантских пиявок и уж тем более русалок не поверил.

— А что в них особенного? Каждый день русалок вижу на озере. А Купава моя лучшая подруга. Водяной Озир лучший друг моего отца, — искренне удивилась Василиса, вот говорящая кошка — это невидаль!

— Не понял, а ты сама-то кто? С виду вроде человек, — настала очередь Константина раскрыть рот от удивления.

— Я дочь лешего, — ответила Василиса, секрета не тая.

Константин ждал чего-то подобного. О лешем он что-то когда-то слышал в русском фольклоре, но о его детях ни разу.

— Лешая? Лесничая? — гадал он вслух.

— Лишаем еще обзови. Я — лесовка, — сначала обиделась, а потом гордо рассказала о своей принадлежности к нечисти Василиса.

— Прости, я не знал, как правильно. В сказках ведь, про таких как ты ничего не написано.

— Как же?! А Василиса Прекрасная, а Василиса Премудрая? Все ж до одной лесовками были. Имя такое и нарекали им за цвет глаз. Как ты сам заметил цвета василька. У людей таких глаз не бывает, только это нас и выдает в человеческом мире.

— Ну, вертихвостка! — раздалось недовольное ворчание позади путников.

— Ой, она и вправду говорящая!? — Василиса развернулась к Ягодке.

Кошка изогнула спину и распушила шерсть, готовясь к бою.

— Заш-ш-шибу! Не подходи, змеюка лесная! — зашипела она и подняла лапу в замахе.

— Кисонька-лапонька, не пугайся. Я тебе плохого не сделаю, — прощебетала ласково лесная дива.

От звука ее голоса Константин растаял, словно лед под лучами полуденного солнца. Еще он обозлился на кошку, которая была так не почтительна к их спасительнице и сейчас угрожающе выпустила когти. И он решился на серьезный разговор с Ягодкой, в стороне от Василисы.

— Ягодка, ты чего взъелась-то? Посмотри, какая девушка милая, красивая, добрая, — отвешивал он комплименты Василисе, отведя в сторонку кошку, — может, завидуешь?

— Чио?! — возмутилась Ягодка, снова распушив шерсть.

— У нее такая фигура красивая, — продолжал нахваливать лесовку Константин, — а ты тол…

— Я не толстая! — перебила его кошка. — Просто очень пушистая.

— Ты меня не дослушала. Я хотел сказать — а ты только кошка.

— Ну, знаешь! — в конец взъерепенилась Ягодка. — И это твоя благодарность!? Я, видите ли, ему жизнь многократно спасала, свою не щадя. А он! Вместо спасибо тебе моя героиня, «ПРОСТО кошка» бросил!

— Спасибо, конечно, — спохватился Самойлов, — даже и не знаю, как тебя поблагодарить за это…

— А я знаю. Возьмешь меня в столицу, дело большое там у меня, а то никого не знаю в Москве. Приютишь на время, а там видно будет. Я тебя не стесню. Обещаю чистоту и порядок.

— Хорошо-хорошо, меня дома-то почти не бывает, а если уж порядок обещаешь, живи, сколько влезет, — разрешил Константин, затем вспомнил, зачем отвел кошку в сторону и сменил тему разговора в нужное русло. — Но Василису больше не обижай, она ведь тоже меня выручила, если б не ее помощь, кто знает, во что бы я уже превратился.

— Да, она тебя на гибель и завела. Лешие — это их работа, обязанности лесные путников в глушь заводить, — злобно бросила кошка, — змею наслала в начале пути она, в лесу ты заблудился благодаря ее стараниям, и привидение натравила, и русалка тебя топила с ее науськивания. Насолил ты ей немного, вот она тебя и решила в расход.