– Уважаемый, я с 9 утра тут вблизи стоял на обочине дороги и имел удовольствие больше получаса наблюдать за вашими совместными с трактором действиями. Трактор настойчиво катается по петле туда-сюда. Вы настойчиво фиксируете нарушения. Ваше лицо и лицо тракториста очень похожи, как у родных братьев. Очень хочу понять несколько вопросов, прежде чем буду давать показания как свидетель в суде и в вашей службе собственной безопасности. Здесь, на трассе Вы, уважаемый, по своей инициативе сегодня службу несете, или Вас сюда выставил Ваш начальник? Кто у Вас сегодня проводил развод и инструктаж? Есть несколько других вопросов. Что здесь сейчас делают водители четырех машин, стоящие вот там, вблизи на обочине? Сейчас хочу понять, что мы нарушили?

– Обычная проверка документов, у вас все в порядке, счастливого пути. Инспектор протянул назад купюру в пятьдесят рублей.

– Ничего, бери, командир, не стесняйся. Людей, если они не виноваты, отпусти. Счастливой службы.

Сергей захлопнул дверь и повернулся к Виктору:

– Поехали, впереди неблизкий путь.

Виктор тронулся и около ста метров, пока машина набирала ход, боролся с приступами накатывающего смеха. Потом молвил:

– Ну, ты и недобрый… Нельзя так жестко с людьми, особенно если они при исполнении. Мягче надо быть, добрее. Инспектор – он тоже человек. А ты ему – пятьдесят рублей. Недобрый…

Машина бодро шла по трассе. Виктор перестал улыбаться, негромко откашлялся, удобно перехватил руль и повернулся к Сергею:

– Слушай, Сережа, сейчас мне вспомнилась встреча с инспектором-человеком. С гаишником. Действительно, с человеком с большой буквы - не вру. Было это, сейчас… да, пожалуй, в 2009 году.

Я занимался стройками и сидел в очередной раз вообще без денег. Должники-заказчики по стройкам, после устроенного взрослыми банкирами и ребятами-фарисеямиочередного кризиса имени 2008 года, сами уже второй год медленно умирали и бились в затянувшейся агонии, кормили обещаниями рассчитаться за сделанные работы.

Еду я в машине после посещения очередного должника, по телефону разговариваю с рабочими со стройки – те сидят голодные и злые. Заболтался, в раздерганных чувствах выезжаю на улицу с односторонним движением и по встречной полосе, чуть не в лоб выхожу на гаишника. Останавливаюсь и жду. Тот чуть на зад не сел от моей наглости, подошел, молча забрал документы и жестом пригласил к себе в машину. Я к нему сел, и сразу в лоб честно заявил, что сам военный пенсионер, что занимаюсь стройками, еду от должника, денег сейчас нет, все что можно, уже позанимал у друзей и родственников. Чтобы рабочие не голодали, сейчас везу им последние две тысячи рублей - выворачиваю бумажник и показываю две бумажки. Если сейчас надо отдать любую сумму – взять уже негде. Отпусти без денег, говорю, будь человеком.

Гаишник на меня посмотрел, плюнул, и сам стал рассказывать, что влез в ипотеку, денег тоже нет. Пошел служить в ГАИ. Зарплата – семнадцать тысяч. Увидел меня на встречке и подумал, что хоть сегодня жизнь стала налаживаться. Потом протянул мне документы с деньгами и - езжай, говорит.

Спросил я его, как звать-величать, когда в храме свечку буду хорошему человеку ставить за удачу и за здравие. Назвался он Валерой…

Вот такие в жизни дела и чудеса бывают.

– Ну и как, в храм сходил? – с интересом и легкой улыбкой задал вопрос Сергей.

– В тот же день, по пути домой заехал и несколько свечек поставил, как обещал. Не знаю, как это уж ему там поможет, но уж очень хочется, чтобы у того инспектора все гладко в жизни было.

Яркое солнце через окна заливало светом салон, воздух прогрелся. Сергей опустил вниз правую руку, отвел назад спинку сидения на несколько щелчков и с удовольствием, с легким похрустыванием в суставах потянулся. Затем откинулся на сидение и заговорил:

– Послушай, Витя, хочу тебе рассказать о своем приятеле – в тему беседы о жизни нашей. Ты пожелал гаишнику гладкой жизни. Для того конкретного инспектора ты послал пожелание очень правильно, но…

А вот как ты считаешь, нужно ли, чтобы жизнь всегда гладкая была?

– Это – один дяденька Бог решает и определяет, – ответил Виктор.

– Бог – это правильно, но и человек тоже ластами должен шевелить, - отозвался Сергей и через короткую паузу продолжил:

– Витя, путь у нас вроде неблизкий, можно и поболтать…У меня сегодня утром не завелась машина, а ехать надо, причем далеко. Вспомнил я молодость, когда автостопом всю страну объездил и облетел, и всегда мне жизнь очень интересных людей позволяла встретить. Лет десять уже живу спокойно, а сегодня решил встряхнуться. И, знаешь Витя, интуиция мне говорит, что сегодня мне с собеседником и попутчиком повезло…

Можно сегодня и поговорить

Вот ты выслушай историю из жизни одного простого человека, одного моего знакомого, и посуди сам .Нормальные и хорошо воспитанные добрыми мамами люди считают, что спокойная и сытая жизнь – это хорошо. Очень хорошо. Практически – основа счастья…

Но иногда ведь может быть и другое счастье. На человека вдруг сваливается куча горя и испытаний. Тогда за человека очень круто берётся сама жизнь. Некоторые ломаются, а некоторые и учатся. Причем так, что страдалец учится очень многому. И самое интересное, что и быстро учится. Вот и знакомец мой – тоже Валера - из этих, причем чисто нашего, отечественного розлива счастливцев…