— Да, другие расы не решаются гневить Демиургов, — ответил Лорин.

— Богов, что ли? — уточнила Таина.

— Не богов, — машинально решил вмешаться я, — Демиургов.

— А какая разница? — искренне удивилась она.

— Демиурги — создатели миров, а боги….
– ну как ей обьяснить разницу между программой и пользователем? — Ну они вроде управляющих, за порядком там следят, и вообще… — закончил я невнятно.

— Ладно, вы как хотите, а я устала и хочу спать! — заявила Таина.

Ну, и ладушки. Я отпустил Тариэля закруглять разговор, а потом мы пошли в уже знакомый трактир.

Чистку оружия действительно оказалось удобно сочетать с беседой под нектар, так что после небольшой паузы, Йогита решила, что можно разговор и продолжить:

— Насчет плана действий, предлагаю такой. Сейчас час-другой за чисткой оружия и приятной беседой с нектаром, а вечерком попозднее у меня миссия будет в R66, так там надо будет по ходу дела демонов поотстреливать, вот и еще развлечемся, заодно мне с миссией поможете. А в перерыве по ходу дела придумаем.

— Звучит неплохо, — согласился я, размышляя, что сегодня мне, по крайней мере моему главному потоку сознания, все равно делать совершенно нечего, а вопрос явно был задан мне, — Кстати, а пока суть да дело, что, нектар без закуски будем?

Йогита повела сверху вниз свободным мизинцем правой руки, и на стол с бряком грохнулась огромная миска, заполненная фруктами, из которой хозяйка, на минуту прервавшись с чисткой, тут же вытащила яблоко и откусила от него кусок.

— Без проблем, — пояснила она, — Я не Сет, меня фрукты не смущают.

— Слушай, я уже не первый раз на эту тему слышу, что там у профессора с фруктами?

— Дурацкая легенда, которая никогда не имела места, но он все равно он обижается.

— И?

— Есть у египтян легенда, что однажды Гор и Сет враждовали, и Гор подусунул Сету свое семя во фрукте, а тот его слопал, и когда пришло время решать их спор, обнаружилось, что они чуть ли не сексом вместе занимались, причем Гор в роли активного. Я бы на месте Сета даже польщенной себя почувствовала бы, Гор — это… — Йогита вздохнула, — это — Гор. Хотя у меня-то как раз с ним никогда ничего и не было.

— А что так? — поневоле поинтересовался я.

— Гайя — она ревнивая, — просто ответила Йогита, — Короче, Сет на такую сказку обиделся, вот и не любит фруктов с тех пор.

— А что ж на самом деле было?

— Да ничего. Фрукты ведь, как и большую часть остальных форм жизни, Гор с Гайей выводили, причем в основном именно Гор, а Сет для чего-то код для фруктов приспособил, да еще в себя вставил, чтоб под рукой был. Тут Гайя с Нефридой скандал устроили, что-то вроде авторских прав, причем не между собой, а вместе на Сета наехали. Чем удивили не только Сета, но и Гора, им обоим такое и в голову не приходило. Хотя, думаю, обычная ревность.

— Это как?

— Мы, боги — существа меметические, для нас обмен информацией почти то же самое, что для смертных обмен генетической информацией, попросту — секс. Наверное, поэтому мы это так и любим. Вот так, как сейчас, за нектаром поболтать, тут много не передашь, так что это в рамках приличия, как у смертных на танец пригласить или там пофлиртовать, в крайнем случае, поцелуй ухватить, — тут Йогита игриво подмигнула мне, и, как ни в чем ни бывало, продолжила, — А хороший кусок взять, да в себя вставить — это уже… Взять и использовать — это все делают, а в себя влить, сделать частью самого себя, такое, как правило, только парные боги себе позволяют. Гор и Сет — они ж практически братья, у них и так уйма всего общего, вот им и в голову не пришло, что жены взревнуют. Мих, мы тот же нектар будем продолжать, или ты какой-то еще хотел притащить?

Ба-бах! Перед Йогитой на стол грохнулся галлоновый — на четыре литра — кувшин из красновато-коричневой глины.

— Попробуй этот! — пояснил Миха.

— О, другое дело, — обрадовалась хозяйка, — А то эти крошечные бутылочки, чувствуешь себя, как в какой Западной Европе, где на всем экономят. Сейчас всем разолью!

Поднявшись с кресла, она наполнила новые, заново созданные, раза в три большего размера бокалы и поставила перед нами, а потом опустилась обратно в свое кресло. Вообще-то, я немного удивился, поскольку она легко могла пролевитировать кувшин, куда хотела, но с другой стороны, видя как она не просто встает и садится, а как будто просто перетекает без малейших усилий из формы в форму, можно было поверить, что это ей ничуть не сложнее, чем воспользоваться левитацией.

— Йогита, если уж мы так любим делиться информацией, — начал я, — то как это получилось, что все остальные боги предыдущие реинкарнации не помнят, а ты помнишь?

— Во-первых, для тебя Гита, не забывай, а то опять еще выкать начнешь. А насчет памяти про реинкарнации, — вздохнула она, — да, помню. Работа у меня такая. Ведь потеря памяти о прошлых инкарнациях для чего нужна? Чтоб быстрее к изменениям в мире адаптироваться. А моя роль, наоборот, не адаптироваться, а одну из древнейших моделей общества хранить и при необходимости вытаскивать на свет божий, стряхивать нафталин и активировать. Так что, мне забывать, наоборот, категорически не положено, и нововведения, если они за пределами способов вести военые действия, не принимать.