– Совсем как мой дом, – изумленно повторял Холдрет.

– Естественно, – буркнул я. – Они воссоздали его по твоей памяти.

– О ком ты говоришь? – спросили в один голос Холдрет и Давидсон.

– Неужели вы до сих пор не сообразили, в чем дело? – я облизал пересохшие губы, поняв, что остаток жизни нам придется провести на этой планете. – Неужели не ясно, что означает этот дом? Это наша клетка. Нас, звероловов, здешний разум умудрился загнать в свой космический зоопарк!

Я взглянул на безоблачное, теперь уже недостижимое небо, поднялся на веранду и тяжело опустился на стул. Я смирился и представил себе табличку на изгороди: