Вы могли бы не оставить его мне и не принять всерьез. Могли бы превратить его в просто очень личный эпизод, что-то исключительное, неосязаемое и, однако, по-настоящему мое, хоть, признаюсь, я этого не заслуживаю.

В нашей семье иметь что-то по-настоящему свое было не намного тяжелее, чем, играя на тротуаре в классики, допрыгнуть до самого неба, которое при этом приближалось как раз настолько, чтобы вы испытывали сильнейшую потребность привлечь внимание к своему прыжку.

Мне неизвестно, почему старые американки — мне шестьдесят восемь лет — уезжают заканчивать свои дни в Париж; зато могу вас уверить в том, что этот апрельский день в Нью-Йорке не значил ничего ни для кого, кроме тех, кто всегда считал парк естественным средоточием своих радостей и горестей. И если бы вы туда зашли, то сразу смогли бы догадаться, какой подарок нес в своей серой сумке от «Сакс» облаченный в светло-серое Блэк Джек: желтый свитер.