– Мы же можем утонуть! – воскликнула Плакса, тряхнув своими кудряшками.

– На лодочке из листика не утонем.– И правда, – замирая, сказала Мямля, – Будем плавать не только друг к другу, но и далеко-далеко. Туда, где н-никогда не были.

Мямля даже зажмурилась от удовольствия, когда представила, как она плывёт в лодочке. За окно ничего не было видно. Дождь лил стеной. От порыва ветра домик качало, и фруечкам стало казаться, что его оторвало от дерева и действительно несёт по бурной реке.

– А куда же уплывучится наш домик? – спросила Закавыка.

– И сможем ли мы вернуть назад, если мы далеко уплывём? – со слезами на глазах спросила Плакса.

– А мы пойдём вдоль реки назад и не заблудимся, – возразила Пуся.

– Река быстро в-высохнет, – вздохнула Мямля.

– Не страшно. Любая река оставляет за собой русло, такую глубокую канавку, в которой течёт, – сказала Бояка. – По ней и доберёмся обратно.

Сильный порыв ветра вновь качнул домик. Крупные капли дождя обрушились на него с невиданной силой. Гремел гром. Сверкала молния. Перепуганные фруечки залезли под стол.– Всё небо обгрохалось, – сердито сказала Закавыка, выдёргивая юбку из под ножки стула.

БАМ! БАМ! БАМ! – стучали капли. Фруечкам стало казаться, что огромные пальцы постукивают по крыше дома.

– Кто-то стоит рядом и стучит по нашему домику, – с испугом прошептала Плакса.

– А если он его сломает?

В этот момент ударил новый порыв ветра. Домик качнуло.

– А-а-а! – закричали фруечки.

– Великан! Смотрите, он встал у окна и пытается оторвать наш домик от ветки.

За окном и правда стало совсем темно от чёрных туч.

– Не переживайте вы так, – старалась успокоить всех Бояка.

– Бояка, мы тебя больше так звать не будем, – стуча от страха зубами, проговорила Плакса.

– Почему?

– Потому что т-ты не Бояка.

– А кто же я?

– Ты… Ты… Абрикосовая Лапуля!

– Хорошее имя! Тебе нравится?

– Очень нравится!

Великан начал стучать в дверь, потом в окно и, наконец, затряс домик с такой силой, что посуда попадала со стола, и даже картина, висевшая на стене, покосилась.

– Что он сейчас делает? – спросила с тревогой Мямля. – Я не хочу, чтобы он разрушил мой домик. Мне будет негде ж-жить!

– Ты пойдёшь жить ко мне, – решительно ответила Пуся.

– А что, если он оторвёт домик и вытряхнет нас из него?

– Выбросьтряхнет на свою ладонь и съест! – широко открыв глаза, сказала Закавыка.

Плакса заплакала, Пуся заскулила, Лапуля ойкнула, Мямля зажмурилась, а Закавыка, сама поверив своим словам, затряслась от страха.

Лапуля посмотрела на подруг, схватила с дивана плед и накрыла стол сверху. В кромешной темноте фруечки ещё пошептались немного, крепко обнявшись. Наконец укаченные ветром и уставшие от страха, они пригрелись и заснули прямо под столом.

Когда фруечки проснулись, плед уже валялся на полу и ярко светило солнце. Вся комната была в солнечных зайчиках от капелек, оставшихся после ночного ливня.

– Смотрите! Солнышко! И нет никакого великана!

– Наверное, его и не было. Это просто ветер тряс наш дом. Фруечки выбежали на веранду и радостно стали кружится.

– Послушайте! Послушайте, – сказала Плакса. – Я стих сочинила.Фруечка забралась на диван и прочитала:

Кто трясёт, качает дом?

Что это за мода?

В дверь стучит, в окно: БОМ-БОМ.

Это непогода!

Глава 17 Духи

– Ты обещала об духи рассказать! – лениво произнесла Закавыка. Фруечки сидели на листиках вишни и покачивались. Был отличный солнечный день, всем хотелось сделать что-нибудь нужное и полезное.

Лапуля улыбнулась.

– Обещала, верно. Но лучше не рассказывать, а показывать. Мы можем вместе сделать духи.

– Да! – закричала Пуся. – Давайте делать вместе!

– Хорошо! Только это трудная и долгая работа. Вы готовы потрудиться?

– Конечно!

– Тогда выберите те цветы, которыми будут пахнуть ваши духи и принесите их лепестки.

Фруечки разбежались кто куда собирать цветы: Плакса лепестки сливы, Пуся – вишни, а Мямля – груши. Закавыка тоже встала и, потянувшись, сказала: