Мама меня заметила.

– Эдичка, что ты делаешь, почему не спишь? – спросила она, обнимая меня за плечи.

– Я проснулся посмотреть на звезды. Мама, я хочу быть астрономом и всегда жить в Кувейте.

– Ну, если хочешь, так и будет, – рассмеялась Фатима. – Клянусь Аллахом, я не видела более гениального ребенка!

– Это замечательно, что у тебя есть мечта, – сказала мама.

Тогда я еще не знал, что моя мечта сбудется, но это тема для другого рассказа.

На следующий день рано утром, сразу же после завтрака, мы поблагодарили Фатиму и Хабиба и отправились в лагерь родителей Ахмеда. Мы ехали за шофером, которого за нами прислали, иначе дорогу к ним нам бы не найти никогда. Лагерь папы Ахмеда был настолько роскошным, что, думаю, мне не хватит запаса слов, чтобы его описать. Даже палатки здесь были шелковые и ярко блестели на солнце. Гарем был отгорожен от основного лагеря небольшим забором из глины, и палатки там были розовые.

Ахмед утомился уже нас ждать. Борька выскочил из машины первым. Он еще на подъезде начал слегка поскуливать, предчувствуя встречу с друзьями. Тут же образовалась вертящаяся куча из собак. Они радостно прыгали, лаяли, обнимали и дружески покусывали друг друга. Щенки за этот короткий срок здорово подросли, и уши у них стояли. Со стороны гарема примчалась Бьюти. На всей скорости она врезалась в собачью кучу-малу и тут же потеряла свой огромный розовый бант.

Начались ахи и охи, рукопожатия и приветствия. Дейва повели в диванию к шейху, а мама с Антошкой отправилась в гарем. Мы с собаками тоже пошли в диванию здороваться с шейхом. Здесь было прохладно, работали кондиционеры. Шейх располагался на небольшом возвышении в окружении множества мужчин. Дейва пристроили где-то сбоку, ему явно было не по себе, хотя шейха он знал прекрасно, Дейв был его личным тренером. Но все равно это было где-то на уровне слуги. Кувейтцы недовольно косились на Дейва, впрочем, сказать ничего не смели, ведь хозяином здесь был шейх. К тому же Дейв приехал в белых шортах и белой майке. Он сидел, вытянув вперед свои стройные загорелые ноги, и это тоже вызывало неодобрение.

Мы приблизились к руке шейха. Собаки бегали по дивании и ко всем ласкались. Гости шейха молчали, но были явно недовольны происходящим.

– Как вам отдыхается в нашей пустыне? – спросил папа Ахмеда.

– Очень хорошо, ваше высочество, – ответил я с достоинством.

– Ахмед, идите купайтесь в бассейне. Скоро будет обед, – сказал шейх и отпустил нас взмахом руки.

– Сэр, я тоже пойду с детьми, – поднялся со своего места Дейв. – Хочу поучить их плавать.

– Вот и хорошо, – согласился шейх, – а то тебе здесь будет скучно, мы же говорим по-арабски. Но позже позанимаемся в гимнастическом зале, если не возражаешь. Сначала обед, потом сиеста, а уж потом будем заниматься.

Мы побежали в сторону гарема, а Дейв пошел к бассейну и сказал, что будет нас ждать. Вход в гарем ему явно был воспрещен. В гареме при виде меня уже никто не визжал и не закрывался. Здесь тоже был большой надувной бассейн, пространство вокруг бассейна устилали ковры, и вся территория, как и во дворце, скрывалась в тени от натянутого огромного тента. Тут же стояли служанки с опахалами и отгоняли мух от обитательниц и гостей гарема. Женщин сегодня было больше обычного за счет гостей и других членов большой семьи. Многие курили кальяны. Почему-то пахло фиалками. Оказывается, так пахнет табак, который разжигали в кальянах.

Большинство присутствующих сидели в бассейне, так было жарко. Вместо купальников они облачились в длинные платья, лишь моя мама была в купальнике. Она учила девочек плавать, стоял визг и хохот. Девчонки были глупые все, как одна, и, вместо того чтобы учиться, только пищали. Собаки тут же прыгнули в воду и принялись плавать по-собачьи. Девчоночий писк усилился.

– Дуры, прекратите пищать! – закричал Ахмед. – Учитесь вон у собак, они и то плавают лучше вас. Ум Эдичка, не пытайтесь их учить, они тупые.

– Зачем ты так говоришь, Ахмед? – ответила ему моя мама. – Нужно просто чаще заниматься с девочками, и все получится.

– Ну не знаю, вы прямо какая-то оптимистка. Хорошо, мы пошли. А то нам тоже хочется искупаться.

– А почему нам нельзя плавать с девочками? – спросил я.

– Ты прямо какой-то странный. Это же гарем. Нам скоро и заходить-то сюда будет нельзя, не то что купаться. Когда мужчине исполняется десять лет, вход в гарем для него закрыт.

– А как же ты будешь видеть свою маму и сестер?

– Я точно пока не знаю. Да ладно, побежали купаться, жара-то сегодня какая!

Мы бросились к мужскому бассейну, где уже с удовольствием плавал Дейв. Он плавал очень красиво, и мы прямо залюбовались им.

– Прыгайте, орлы, я буду учить вас плавать! – закричал Дейв. – Мужчина должен это уметь. Твой папа, Ахмед, плавает замечательно.

Мы прыгнули в бассейн, но урок скоро превратился в игру, потому что собаки плавали вместе с нами. Это Борька увязался за мной, а куда Борька, туда и его компания. Только маленький Валид предпочел отсиживаться в тени, категорически не желая соваться в воду. Бьюти тоже была в бассейне. Видимо, она не признавала разделения на мужскую и женскую половины. Мы играли с мячом, а потом кидали маленькие грузики на дно бассейна и ныряли за ними.

Потом мы пошли обедать, потом отдыхать, а потом опять плавали. День прошел незаметно, и к вечеру мы стали собираться домой. Шофер опять ехал перед нами по пустыне до самой автострады. Надо сказать, что дороги в Кувейте просто великолепные, и как только мы выехали на автостраду, я уснул и проснулся только на следующее утро.

Как я уже говорил раньше, моя мама обладает удивительной способностью обрастать друзьями. Так и здесь, в Кувейте, она сразу же нашла русских подруг. В основном это были русские женщины, которые вышли замуж за кувейтцев, когда те учились в бывшем Советском Союзе. Мама объяснила мне, что в Советском Союзе Кувейт почему-то считался бедной страной и студенты из Кувейта учились бесплатно.