Друз не повернул головы, не взглянул на него, продолжив лежать неподвижно, чтобы ничем не выдать себя.

— Ты стрелял? — шепотом спросил сержант.

— Да.

— В кого?

— В лошадь. Она стояла вон там, на скале, довольно далеко отсюда. А теперь, видите, ее нет. Упала вниз.

Часовой выглядел очень бледным, но его лицо не выражало никаких эмоций. Ответив на вопрос, он отвернулся и замолчал. Сержант был в недоумении.

— Послушай, Друз, — сказал он после минутной паузы. — Бесполезно что-то скрывать от меня. Доложи все, как есть. Сидел ли кто-нибудь на лошади?

— Да.

— Кто?

— Мой отец.

Сержант поднялся на ноги и быстро зашагал прочь. «О Господи!» — чуть слышно пробормотал он.