Шрифт:
— Что ты делаешь?
— Помогаю тебе. Я вижу, что ты злишься, и пытаюсь наладить отношения.
— Зачем? — спросила она, подбоченившись.
Я собрался было ответить, но язык перестал меня слушаться. Я не мог ничего сказать. А что бы в такой ситуации посоветовала моя Холли?
«Джексон, что ты молчишь, словно воды в рот набрал! Попробуй обхитрить меня!»
— Я объясню тебе, если ты скажешь, почему сердишься.
Холли продолжила накрывать на стол — раскладывала яркие разноцветные ложки и вилки.
— Я не сержусь, но ты мне не интересен.
Вот это да!
— Почему?
— Потому что я знаю парней твоего типа.
— И что?
Схватив ножницы и моток ленты, она принялась нарезать ее, чтобы привязать к шарам.
— Ну, ты понимаешь… парни всегда стремятся очаровать девушку, но при этом у них одна цель — залезть ей в трусы.
Я попытался изобразить возмущение:
— Сначала ты решила, что я хочу пригласить тебя на свидание, а теперь утверждаешь, что я стремлюсь залезть к тебе в трусы?
И ты права в обоих случаях!
Как и прошлым вечером, Холли залилась краской:
— Нет, я не это имела в виду.
— Если ты считаешь, что хорошо меня изучила, назови хотя бы пять фактов обо мне, — потребовал я.
— Ты здесь работаешь, это раз.
Я сделал круглые глаза:
— Хорошо, что еще?
— Ты бросил школу в Джерси, но при этом читал «Повесть о двух городах» и умеешь танцевать вальс.
— Кое-кто слишком категоричен в своих оценках. Признайся, ты недостаточно хорошо меня знаешь, чтобы делать выводы относительно моих так называемых замашек плейбоя.
— И что ты предлагаешь с этим делать?
— Ты должна мне ужин.
— Хорошо, в пять часов. Я за рулем, и это будет тайская кухня, — выставила она свои условия.
— Звучит неплохо!
Последний праздник закончился в пять, а без пятнадцати шесть Холли в джинсовой юбке и голубой блузке уже ждала меня у выхода. Она распустила волосы и слегка завила их.
— Отлично выглядишь! — похвалил я.
Она пожала плечами:
— Я съездила домой и переоделась, пока ты чинил сломанный душ в мужской раздевалке.
В последний раз проверив все помещения и выключив свет, я запер входную дверь и пошел за Холли к ее машине.
На пассажирском сиденье стопкой были сложены книги из библиотеки — томов десять, не меньше. Я осторожно переложил их назад.
— Классная машина!
— Разбитая пятнадцатилетняя «хонда», в которой не работает кондиционер?
— Классика — это всегда прекрасно.
Весь оставшийся путь мы молчали, но у ресторана, заглушив машину, Холли повернулась ко мне:
— Для информации — мне нельзя ходить на свидания. У нас с тобой сейчас, конечно, не свидание, но у моей мамы свое представление об этом. Поэтому я пригласила нескольких друзей.
— Компаньонов?
— Именно так.
— Кого ты позвала?
— Дэвида и Адама. Ты видел их вчера.
Я кивнул.
— И еще Джану.
— Замечательно!
Мы уже собирались войти внутрь, когда Холли резко развернулась, и ее лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего.
— Думаю, ты был прав. Я слишком поторопилась с выводами о тебе.
— Ты извиняешься?
— Нет, я даю тебе возможность доказать, что ошиблась. Но лишь для того, чтобы защитить твою репутацию. Не нужно и дальше пытаться произвести на меня впечатление.
— Как скажешь, — сказал я, пожимая плечами.
Она улыбнулась:
— Отлично, тогда я уверена, что ты не станешь возражать и ответишь на мои вопросы за ужином. Как ты сам заметил, я даже пяти фактов о тебе не могу назвать.
— Хорошо, — согласился я, не в состоянии скрыть нервную дрожь в голосе.
— И еще. Джексон?..
— Да.
— Это будет непросто.
Мое сердце начало колотиться. Холли была из тех девушек, кому невозможно было солгать. Уж я-то знал, потому что пытался сделать это бессчетное количество раз.
— Чем занимаются твои родители? — спросила она, как только мы сели за столик.
— Мой отец работает в школе на Манхэттене.
— Он учитель? — поинтересовалась сидящая с другой стороны Джана.
— Нет, он уборщик.
Она кивнула, но ничего не сказала. Я перевел взгляд на Холли.
— Братья или сестры? — спросила она.
Я отхлебнул воды из стакана, стоявшего передо мной, и лишь потом ответил:
— Сестра.
— Старшая или младшая? — продолжила Холли.
— Вообще-то мы близнецы, но она умерла несколько лет назад.