Девочка испуганно оглянулась на меня через плечо:

— Джексон, мы не сможем убежать… Нам нужно…

Неожиданно эти трое возникли прямо перед нами, и мы были вынуждены резко остановиться.

— Я поражен, что вы решили убежать, — усмехнулся один из них. — Какой в этом смысл, если можно просто прыгнуть?

Эмили попятилась назад, и я закрыл ее спиной, так что она оказалась между мной и стеной какого-то здания. Ее грудь так быстро опускалась и поднималась, что сомнений не оставалось — девочка сильно напутана. Видимо, страх не позволял ей переместиться в прошлое.

Вдруг в моей голове одна за другой начали возникать схемы защиты, которые показывала мне на компьютере Дженни Стюарт, — похоже, подсознание подсказывало мне, что нужно делать.

Один из наших преследователей потянулся к Эмили и уже собирался схватить ее, но я с силой пнул его ногой в живот, и он отлетел назад и ударился головой о тротуар. Другого — он подошел ко мне с противоположной стороны, я стукнул локтем в лицо. Он попятился назад, и в этот момент Эмили сползла вниз по стене, как будто ноги перестали слушаться ее.

— Я могу это сделать? — в отчаянии спросил я. — Я могу перенести нас обоих назад из будущего?

Взгляд ее огромных глаз встретился с моим, и она уже открыла рот, чтобы ответить мне, но вдруг крикнула:

— Джексон, берегись!

Третий парень обхватил меня сзади за шею, но я тут же перекинул его через себя. Упав на землю, он взвыл от боли. Я схватил Эмили, потянул вверх и поднял на руки. Она крепко схватилась за меня и спрятала лицо у меня на груди. Я понимал, что она пытается совладать со страхом и вытащить нас отсюда. Ощущение раздвоения еще никогда не радовало меня так, как в тот момент.

Суббота, 15 августа 2009 года,

15 часов 30 минут

Шторм стал еще сильнее, хотя это казалось невозможным. Дождь бил мне в лицо. Эмили по-прежнему крепко держалась за меня, спрятав лицо, и я чувствовал, что она дрожит. Я тоже весь трясся. Я попытался опустить ее на платформу, но девочка не отпускала меня, и ее дрожь постепенно сменилась всхлипываниями. Я крепко обнимал ее, надеясь, что в будущем, в каком бы году это ни происходило, ей со мной хорошо и спокойно.

Наконец она отпустила руки и глубоко вздохнула:

— Я не думала, что… так получится.

— Ты в порядке? — спросил я.

Она кивнула и потянулась к флагштоку в центре платформы.

— Я не очень хорошо рассчитала место и время, да?

— Ты планировала попасть на платформу для купания в самый разгар сильнейшего шторма?

— Нет, но кое-что изменилось… иногда сложно все сделать правильно.

От сильного порыва ветра платформа закачалась. Все внутри меня перевернулось, и я схватился за флагшток выше рук Эмили, стараясь разглядеть катер, который уже успел уплыть очень далеко.

— Мне нужно возвращаться назад, — сказал я Эмили, показывая в сторону берега.

— Я с тобой, — заявила она и вся сжалась, услышав очередной раскат грома.

— Разве ты не можешь переместиться? В какой-нибудь другой день?

Она покрутила головой, и с ее волос во все стороны полетели капли воды.

— Нет, пусть все видят, что мы плывем вместе, а потом я прыгну. Только не рассказывай никому обо мне и о моих способностях. Я — обычный ребенок, которого ты спас в шторм, хорошо?

Так вот почему она совершила неполный прыжок — чтобы все видели нас здесь, хотя я сомневаюсь, что сейчас можно было хоть что-то разглядеть.

— И как ты это сделаешь?

— Ты должен отпустить меня, что бы ни случилось. Обещаешь? — Розово-синие всполохи от молнии осветили ее лицо, и я заметил, что она сомневается, смогу ли я прислушаться к просьбе такой маленькой девочки.

— Ты показала мне будущее… Значит ли это… Может быть, ты еще не родилась? — поинтересовался я.

— Я не могу сказать тебе.

Я опустился на колени и посмотрел ей прямо в глаза:

— Сколько тебе лет?

— Одиннадцать.

— Ты знаешь доктора Мелвина?

Она держалась твердо и не отводила глаз в этом необъявленном соревновании.

— Я знаю о нем.

— То есть ты появилась на свет не с его помощью?

Ее оборона ослабла, и она сделала шаг назад:

— Нам пора.

Я схватил ее за руку:

— Еще нет.

— Ты сказал, что мне не следует отвечать на вопросы. Может быть, лишь на некоторые, — прокричала она сквозь раскаты грома.