Рядом со строящейся школой в селе на горке, на повороте дороги, начинал подниматься новый великолепный храм. Это должен был быть храм новой архитектуры, рвущийся своими куполами ввысь к новым мирам. При определенной фантазии его даже можно было бы сравнить с ракетой, устремленной в космос. Проект получился дорогой — удалось пригласить лучших архитекторов и художников, — но средств хватало, и было желание их расходовать на столь благостные дела.

Василий уже заложил серьезное агрохозяйство. Претворяя в жизнь бизнес-план, строились здания, помещения и вся инфраструктура.

Нашего героя прорвало. Он получал огромное удовольствие, тратя деньги на эти дела, ему хотелось отдать долг тем, кто жил с ним рядом в его стране.

Не забывал Василий и своих настоящих наставников и, по мере того как появлялась свободная минутка, заезжал к отцу Владимиру в Нило-Столобенскую обитель. За долгими беседами и чаепитием они обсуждали нужды монастыря, причем гость пытался деликатно предложить свою помощь, которая иногда принималась, и это вносило в душу нашего героя настоящее умиротворение.

Наш знакомый сайбирийский котик был вызван для объявления решения Великого Синода при Великом Магистре. В зале на множестве подушек сидели странные существа, их лица — если, конечно, можно так назвать место, где полагается быть лицу, — были каменными. Все курили трубки. Шел сеанс связи, то есть передачи той информации, которую решено было огласить нашему старому знакомому. При помощи этой связи согласовывались позиции членов Великого Синода и вырабатывалась позиция общая, которую в виде заключительного посыла необходимо было передать приглашенному.

Если перевести с того языка главную мысль посыла, то можно представить ее в виде документа, который мы приведем здесь полностью:

«На основании статьи минус три(а весь отсчет и нумерация в указанном обществе велась в обратную сторону, то есть от нуля до минус бесконечности) Великого Синодального Кодекса, а также пункта минус первого Величайшего Уложения Великого Магистрата постановить сейчас и окончательно:

1. Несмотря на многие заслуги сайбирийских котов и само высокое звание такового, лишить Базилевса всех этих званий и привилегий и подвергнуть Величайшей Обструкции, заключающейся в лишении возможности быть бессмертным.

2. Сослать нашего знакомого в земную действительность пожизненно в виде кота Василия для постоянного проживания до самой смерти».

Это был жестокий удар. Более страшного наказания в Обществе Сущей Действительности никогда не применялось. Не надо и говорить, что почувствовал наш знакомый в эти судьбоносные для него минуты.

Последнее, что достигло сознания нашего котика, — это то, что приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

— Вася, Вася, кис-кис… — звала Вероника, — иди, я тебе рыбки положила свежей.

Кот Василий, рыжий с полосами да пятнами, прибежал к кормушке и, урча, не спеша начал свою трапезу. Наевшись и проведя обряд по очистке своих усов, лап и прочего, он подошел к плетеному креслу на веранде, где сидела хозяйка, и стал тереться спиной и хвостом об ноги.

— Да ты чего, котик? Раньше ты так не подлизывался, прям на себя не похож. — Вероника взяла кота и посадила себе на колени.

При поглаживании по носу, ушам и спине раздавалось довольное урчание.

— Вася, Вася…

В доме заплакал ребенок. Вероника знала, что рядом няня, но, как хорошая мать, она сняла кота с коленей, встала и направилась к ребенку в дом.

Автор выражает благодарность Галине Александровне Лопатиной за прекрасные иллюстрации к настоящей книге, которые удачно попадают в тон созданному в произведении сказочному пространству.

Галина Александровна Лопатина родилась в Москве.

1968–1974 — училась в МСХШ им. В. И. Сурикова.

1974–1980 — училась в МГХИ им. В. И. Сурикова (факультет графики, мастерская проф. О. М. Савостюка).

С 1979 г. участник российских, московских и международных выставок.

С 1984 г. член Союза художников.

1984–1986 — была стипендиатом Союза художников СССР.

1984–1996 — была членом Правления Бюро секции плаката МОСХ.