Кто бы ни был этот загадочный незнакомец, но он определенно обладал способностью видеть сквозь стены. И он прав — бежать-то некуда! А в том, что Макс способен поджечь и сломать не только его дверь, но и весь дом, Зотов не сомневался.

— Вот и славно, — благожелательно произнес незнакомец, когда Зотов открыл дверь и впустил непрошеных гостей в свое пристанище.

Зотов исподтишка рассматривал посетителя. Лет тому не меньше пятидесяти, при этом высок и строен, обладает пронзительными серыми глазами, пышной седой шевелюрой и отменным, хотя и несколько старомодным вкусом. Одет он был в светло-серый твидовый костюм, такого же цвета шляпу, песочного цвета ботинки, вокруг шеи у него был повязан стального цвета шелковый платок, а в руках он держал самую настоящую трость с металлическим набалдашником. Одним словом, выглядел точь-в-точь как босс сицилийской мафии, во всяком случае, так их показывают в кино.

Впрочем, кем бы он ни был, вечно находящийся у кого-то в услужении и вечно кому-то должный Зотов моментально проинтуичил: его таинственный гость обладает огромной властью. Существует он явно в иных, недоступных Зотову высших сферах, а их сегодняшнее соседство в паре метров друг от друга есть не что иное, как невиданное стечение обстоятельств, которое математическая статистика описывает как «событие, вероятность наступления которого стремится к нулю».

«И что, скажите пожалуйста, — думал Зотов, — понадобилось такому небожителю от такого нуля, как я?»

— Исхудал-то как наш красавчик, побледнел, — издевательски кудахтал Макс, обращаясь к помощникам и предлагая им разделить его тревогу. — Соскучился небось по своим дружкам? А уж мы как по тебе соскучились, ты не представляешь, — прибавил он и выразительно стукнул кулаком по ладони.

Зотов вздрогнул. Довольный Макс уже открыл рот, собираясь вывалить очередную порцию угроз, но неожиданно был остановлен таинственным незнакомцем.

— Знаете что, голубчик, посидите-ка вы пока на кухне. А мы с молодым человеком наедине побеседуем. Если мне понадобится ваша помощь, я непременно вас позову.

Такой поворот событий Черного Макса явно не обрадовал, но ослушаться крутого господинчика он не посмел и покорно поплелся на кухню. Следом потянулись неразлучные Толик и Николаша. Зотов почти с тоской посмотрел им вслед: во всяком случае, чего ожидать от Макса и его приспешников, он знает. А вот о чем щебетать с важной птицей в сером, он не имеет ни малейшего понятия.

Господинчик огляделся в поисках сидячего места и, не найдя ничего достойного своего костюма, остался стоять, слегка опираясь на трость.

— Меня зовут Павел Петрович Лучков.

— Зотов. Михаил Зотов.

Обычно в этот момент приличные люди пожимают друг другу руки. Но небожитель, очевидно, руководствовался собственными правилами этикета.

— Не могу назвать наше знакомство приятным, — сообщил он. — Сколько вам лет?

— Двадцать три.

— Ложь. Я знаю, что вам двадцать восемь. Предупреждаю вас, Зотов, еще одно слово неправды, и я оставляю вас на попечение Макса и его друзей. У вас есть образование?

— Ну, школа…

— А чем зарабатываете на хлеб насущный, позвольте полюбопытствовать?

На этот вопрос у Зотова нашлось бы не меньше полутора десятка ответов, на все случаи жизни и для всех типов любопытствующих. Однако таинственный визитер, нежданно-негаданно учинивший настоящий допрос, мало походил на случайную подружку или партнера по покеру, которым можно без проблем впарить любой туфтец.

— Ну что ж, — прервал его раздумья гость. — Из вашего красноречивого молчания я могу сделать вывод, что все рассказанное вашим приятелем Максом Черным — чистая правда. Вы — отъявленный бездельник, ни дня в жизни не работавший. Мальчик на побегушках у крутых господ, не слишком искусный картежник, не гнушающийся заработком альфонса… что, впрочем, не мешает вам быть вечным должником. Все правильно? Я ничего не упустил?

— Ничего.

— Это ужасно. Пардон, сейчас я задам нескромный вопрос. — Лучков как будто даже смутился. — Вам никогда не хотелось изменить свою жизнь?

— Нет, не хотелось, — честно ответил Зотов.

— Но почему же?

— Это статистика, сэр, — развязно ответил Зотов. Он не понимал намерений важного гостя, но интуитивно почувствовал: расправа откладывается. — Статистика, и больше ничего. Когда-то в школе на уроке биологии нам рассказывали, что из ста пшеничных зерен, выбранных наугад, семьдесят окажутся средними, пятнадцать очень хорошими, а пятнадцать — очень плохими. Так же и с людьми. Я просто угодил в пятнадцать плохих зерен. Вот и все.

— Великолепно! — восхитился Лучков. — Похоже, я не ошибся. Жаль, что вы, с вашими умом и внешними данными, выбрали для себя столь жалкую роль. Впрочем, не все потеряно. Именно за этим я и пришел. Я хочу предложить вам работу.

— Работу? — изумился Зотов. — Да я в жизни не работал!

— Да не трусьте вы так, молодой человек, — звучно расхохотался визитер. — Я не настолько жесток, чтобы предлагать вам просиживать штаны с девяти до пяти в каком-нибудь скучном учреждении. Это совсем другая работа: рискованная, творческая, уважаемая… в определенных кругах, разумеется, — добавил он, кашлянув. — В любом случае, она поможет вам поверить в себя и наконец-то стать человеком.