– Домой звонит? – удивилась Лариса.

– Слава богу, нет, – с шумным выдохом проскрипел Степаныч. – В ресторан.

– Это, наверное, Маргарита дала ей мою визитку, – кивнула Лариса.

– Вот-вот! – подхватил Степаныч. – Визитка ваша, а звонят мне! Вы там раздаете визитки направо и налево, а я потом отдувайся! Зачем вы дали визитку этой Маргарите, она же стебанутая!

– Я дала не ей, а ее мужу. А он не стебанутый, – возразила Лариса.

Но Степаныч ее не слушал, продолжал свое:

– И главное, не кому-нибудь звонит, а мне! Главное, столько персонала в ресторане, а она звонит мне! Вы понимаете, Лариса Викторовна, не кому-нибудь, а мне. Мне!

– Значит, ты ей понравился, – стараясь не рассмеяться, подзадорила Городова Лариса.

– Да уж! Лучше бы ей шеф-повар понравился, они как раз по комплекции друг другу подходят! – продолжал горячиться Дмитрий Степанович. – Главное, знает, что я не люблю толстых, – и звонит!

– Ну, этого она определенно не знает, – улыбнулась Лариса.

– Как это не знает? Должна понимать! – категорически отрезал Степаныч. – В общем, вы как хотите, Лариса Викторовна, но вы должны прекратить это безобразие!

– Как же я его прекращу? – удивилась Лариса. – Номер сменю в ресторане?

– Не знаю, ваше дело, – отрезал Степаныч. – Только на меня это плохо действует. И от работы отвлекает, и вообще… У меня, может, стресс от этого. У меня, между прочим, чесотка открылась на нервной почве и диарея! Я вон лекарства за свои деньги покупаю, между прочим!

– Ладно, у тебя, по-моему, вечная диарея, – остановила его Лариса. – Смеяться надо побольше, Дмитрий Степанович, тогда и лекарства не нужны будут. А то живешь как бирюк…

– Это вам все бы хаханьки… – неодобрительно сказал Степаныч. – Вот и пообщались бы с этими двумя, они-то ржут постоянно. Главное, мне же их пришлось в машину сажать, когда они тут засиделись! Два часа спровадить не мог! Потом уж говорю: так, давайте, у нас банкет в ресторане сегодня заказан. Еле-еле выпроводил, в машину посадил и отправил… к чертовой матери. А она теперь, главное, мне звонит! – начал он заводиться по новой.

Ларисе надоело слушать эту бесконечную жалобу, к тому же она заметила входящих в «Чайку» Алевтину и Артема и быстро спровадила Степаныча.

– Добрый день, – Алевтина выглядела слегка похудевшей и бледной, зато Артем был бодрым и загорелым. Видимо, отдых за городом пошел ему на пользу.

Лариса пригласила их в кабинет, и все отдали дань столу. Артем сметал одно блюдо за другим, не мучаясь стеснительностью, Алевтина ела понемногу, но было видно, что кухня ей нравится.

Когда с обедом было покончено, Алевтина достала из сумочки конверт и протянула Ларисе.

– Это вам за вашу помощь, – сказала она. – Я вам действительно благодарна.

Артем с сожалением проводил глазами конверт и вздохнул.

– Да, жаль, что так получилось, – сказал он. – Только-только с Карелом подружился, думал, вместе будем… А теперь-то он точно не вернется.

– А ты что-то знаешь о нем? – оживилась Лариса.

– Да, я с ним созванивался, – продолжал вздыхать Артем. – Он то у себя живет, то в Праге у дяди, а осенью в Германию собирается. Везет же людям, а? Ну почему не мне?

– Я тоже периодически перезваниваюсь с Алексеем, – тихо сказала Алевтина. – Он сам звонит, интересуется, как мы тут. Слава богу, что у них все нормально. Знаете, я ведь только потом обратила внимание на то, как этот парень похож на Виталия! Странно, что раньше не замечала.

– В этом нет ничего удивительного, – пожала плечами Лариса. – Разве вам могло прийти в голову, что у него есть сын? Да еще чешский футболист, который занимается у вас в спорткомплексе. Ведь и самому Виталию ничего подобного в голову не приходило.

– Это я виноват, – вдруг сказал Артем. – Нужно было мне сразу, как я узнал, толкать Карела к Соловьеву, чтобы он прямо говорил. А то он все тянул-тянул, мямлил-мямлил, вот и дотянулся… Или самому нужно было сказать.

– Когда надо, ты не говоришь! – с упреком посмотрела на него мать. – А когда тебя не просят, такое ляпаешь! Ладно, – вздохнула и она. – Теперь уже бесполезно об этом говорить.

– А что теперь с этой квартирой Виталия? – поинтересовалась Лариса. – Кому она достанется?