Даже если не удавалось установить точный диагноз болезней, которые приписывались вампирам, всё равно Таллар достоин уважения за то, что очень разумно объяснил их: из-за неразборчивого питания больных, слишком скудного во время поста и слишком обильного после. Румыны страдали то от голода, когда у них появлялись галлюцинации и боли в животе, то от несварения желудка.

Современные врачи подтвердили правильность этих наблюдений и определили эти «знаменитые болезни, спровоцированные вампирами»: цинга, пеллагра, никталопия и, возможно, порфирия, болезнь, вызванная недостатком витаминов. Таллар хорошо подметил: немцы и венгры, которые слабо постились или вообще не постились, не были подвержены этим болезням; так же как сербы, православные румыны, которые потребляли значительное количество перца, овощи, богатые противоцинготным витамином C. Богатые румыны и иностранцы находились в той же ситуации. Вампиризм — это была болезнь бедняков и невежд.

Однако объяснение, что феномен вампиризма оказался всего лишь последствием неправильного питания, не понравилось этнологам, которые после наблюдений Таллара заявили, что начало сезона вампиров совпадает с ночью святого Андрея (30 ноября и заканчивался на святого Георгия (23 апреля), что было, как нам рассказал Джонатан Харкер, эквивалентом ночи ведьм, выпадающей на Западе в ночь на 1 мая.

Марианн Меснил обратила внимание на ночь перед Днём святого Андрея: именно в этот момент вампиры группами возвращаются в деревни и участвуют в ночных сражениях, поэтому нужно законопатить двери и окна, натереть петельные крюки и края чесноком, закрыть трубы, так как вампиры-мужчины могут попытаться пробраться в дом, чтобы испить крови живых. А в ночь святого Георгия ведьмы пытаются пить молоко коров, оставшихся на улице.

Защитные обряды в ночь святого Георгия обратно симметричны с обрядом, совершаемым в ночь святого Андрея, а это означает, что речь идёт об особенных моментах перехода между этим и тем миром.

Сабина Испас, директор Института этнографии и фольклора Бухареста, представляет себе вампиров людьми размером с животных. Их истребление нужно было для того, чтобы защитить человечество от вторжения животного мира.

Наш рассказ о вампиризме в Румынии и Трансильвании второй половины XIX века подошёл к концу. С этого момента феномен, казалось, был на гране исчезновения из-за действий императорской власти в Трансильвании (указы Марии Терезии 1775 года и Джозефа II 1784 года), в Валахии и Молдавии (кодексы 1646 и 1652 годов, призывы с 1738 по 1801 год) и церковных властей.

Начиная с 1774 года кампания против «пустых верований» была подхвачена начальной школой, которую австрийское государство реформировало после отмены ордена иезуитов согласно принципам силезского педагога Иоганна фон Фелбигера. Учебник для учителей, написанный Фелбигером и переведённый на сербский и румынский языки (1781), содержал рассказы, осуждающие «национальные предрассудки». С 1840 года ученики Валахии получили доступ к текстам о верованиях в вампиров.

Новым витком борьбы против вампиров стали сенсационные, в той или иной степени, случаи вампиризма с 1839 года в Трансильвании и с 1859 года в Валахии, широко описанные в прессе.

Параллельно с этим вампиры стали литературными героями в произведении Иона Элиада Радулеску «Летающий инкуб» (1843) и водевиле «Двое умерших заживо» Василя Александри (1851) и др. Большинство этих литературных произведений были среднего качества, за исключением новелл Василя Войкулеску (1884–1963) и романа «Мадемуазель Кристина» Мирчи Элиаде.

Исследования фольклора и этнографии, которые получили небывалый размах в Румынии с 1880 года, заметили ещё одну странную вещь: из всей Румынии именно в Олтении, деревенской области, сохранилось больше всего верований в вампиров. Благодаря работам священника Киазану, Н. И. Димитраску и Иоанна Андрееско мы в некоторой степени знаем о традициях, связанных со смертью и жизнью после смерти. Жители этого региона до сих пор живут этими традициями. Исследование похоронных обрядов, описанных у Фл. Мариана, С. Брайлоу и И. Андрееско и М. Баку, позволяют констатировать, что население этого региона до сих пор учитывает мельчайшие детали правильной подготовки покойника к путешествию в загробный мир. И до сих пор существует вера в то, что мёртвый может вернуться к живым. У этого поверья глубинная архаическая дохристианская основа, так что традиции существуют, возможно, и в других областях Румынии, ещё не тронутых массовым переселением из деревень в города и индустриализацией последних пятидесяти лет, которые сократили число деревенских жителей с 78% до 45% от всего населения.

В настоящее время только газеты всё ещё пишут о вампирах. К примеру, четыре случая зарегистрированы в округе Долже (главный город Крайовы), о которых писали в 1927-м (Universul, 13 февраля), в 1938-м (Universul, 14 мая), в 1995-м (Le Figaro, 7 июня) и в 2002 году (National, 2 декабря). В трёх случаях у вампира сердце было проткнуто колом, расчленено и предано земле! Наконец, во время семинара, посвящённого Дракуле, проходившего в Бухаресте в мае 2004 года, один из участников рассказал о недавнем случае (февраль 2004 года) с умершим мужчиной 76 лет, чей труп раскопала его семья, которая подозревала, что он был вампиром (Маротинул де Сюс, округ Долж). Шесть членов семьи вырвали сердце из трупа, сожгли его и съели его останки с водой.

Ну что ж, похоже, вампирам ещё хорошо живётся (точнее, спится) в Румынии.

В финале этого исследования встаёт последний вопрос: так был ли Дракула вампиром или нет?

Первым доказательством можно считать его прозвище, Дракула, смысл которого в словах drac, дьявол. Дьявол был главарём всех вампиров в полном смысле этого слова, и всё, что связано с ним, вызывает ассоциацию с вампиризмом: