— Мы с тобой уже обсуждали эту тему, — Аркадий достал из кармана сигареты, закинул ногу на ногу и закурил. — Так что, наверное, я приехал напрасно… Но я на тебя не в обиде.

— У вымогателя был сообщник или руководитель, а точнее, главарь, — сказала я, — который все организовал.

— Неужели, — с усмешкой посмотрел на меня Аркадий, — жаль, что теперь никто об этом не узнает. Единственный, кто знал это, к сожалению, убит.

— Перед смертью он назвал имя своего главаря, вернее, заказчика.

— Только этого никто не слышал, — Аркадий, сидя в кресле, оперся на обе ноги.

— Кроме тебя, — я бросила сигарету в пепельницу и в упор посмотрела на него.

— А ты фантазерка, — он вздохнул и снова откинулся на спинку кресла.

— Не совсем, — я достала из ящика стола диктофон и включила его.

Летнев слушал запись, не глядя на меня. Я увеличила громкость до упора перед его словами: «Так надо, Миша» — и выключила диктофон.

Аркадий опустил голову на ладонь правой руки, которая упиралась в подлокотник, потом ладонь скользнула по лицу вниз.

— Черт возьми, — усмехнулся он, — надо же так лопухнуться. У тебя в сумке был диктофон, я должен был сразу догадаться.

Он вдруг резко поднялся с кресла и, подойдя к двери, запер ее на ключ, который вынул и положил себе в карман. Затем начал методично обшаривать все уголки.

— Встань, — приказал он мне и принялся рыться в столе.

— Если ты думаешь, что я снова тебя записываю, — сказала я, — то ты ошибаешься.

— Неужели, — ухмыльнулся он и закончил все-таки осмотр, оставшись им, видимо, удовлетворенным.

Он снова удобно устроился в кресле нога на ногу и закурил.

— Садись, садись, — томным жестом показал он мне на мое кресло.

Я села и тоже закурила.

— Ну, — спросил он, улыбаясь кончиками губ, — чего же ты хочешь?

— Зачем ты убил Кристину?

— Сука, — Аркадий вдруг переменился в лице, — я ее любил, а она спала с моим другом.

— И ты задумал ее убить сразу же, как только узнал об этом?

— Да, — хрипло сказал Аркадий, — несколько месяцев назад я зачем-то вернулся в офис, не помню зачем, что-то забыл… Было уже поздно, в офисе никого не было, и я заметил полоску света, которая пробивалась из-под двери кабинета Кристи. Я осторожно приоткрыл дверь. Сева лежал на спине на диване, а она сидела на нем. Я хотел тут же убить их обоих, я бы смог, но что-то остановило меня. И тогда я решил, что убью только ее, но так, чтобы никто на меня не мог даже подумать.

— Ты подстроил эти звонки с угрозами?

— Это было несложно. Но тогда я еще не знал, как я ее убью. А когда случайно увидел из машины Мишу Трофимчука, с которым мы вместе служили, и увидел, как он опустился, понял, как должен поступить. Я наплел ему что-то про розыгрыш, что собираюсь уйти от жены, но мне нужно, чтобы она отдала мне деньги. Мишка поверил.

— Значит, ты сам себя отравил.

— А кто же еще? — хитро улыбнулся Аркадий. — Это было частью моего плана. Я все рассчитал. Мишка приехал, как мы и договаривались. Дверь была не заперта.

— Ты убил его, — негромко проговорила я, — чтобы выгородить себя…

— Он все равно бы долго не протянул, — поморщился Аркадий.

— Но как ты его заставил подложить бомбу?

— Ну что ты, глупенькая, — Аркадий выпустил струю дыма в потолок, — разве я мог кому-нибудь это доверить. Я это сделал самостоятельно, когда вы спали в своих кроватках. Баю-бай…

— Так ты и меня собирался отправить на тот свет вместе с женой?

— Конечно, жаль, не получилось, — вздохнул он, — но ты не расстраивайся, я все равно тебя убью. Я слышал, что ты упрямая, как ослица, и будешь копать, пока не докопаешься. А тут Кристи тебя с собой приволокла. Ну, я решил, значит, так и надо. Значит, судьба у тебя — подохнуть вместе с моей женой. Оказалось — не судьба. Тебе тоже, скажу честно, была уготована своя роль…

— Свидетеля того, что тебя хотели отравить и что кто-то вас шантажирует…

— Догадливая ты! Не даром и листок твой называется «Свидетель». Вот ты и должна была не на бумаге, а на деле стать свидетелем, — с издевкой усмехнулся Аркадий, — да, ты должна была всюду трубить, что на Аркадия Летнева кто-то наезжает.

— И таким образом ты хотел создать выгодный для себя фон преследуемого и шантажируемого честного бизнесмена… А меня вовремя убрать, чтобы я дальше не копала, — кровь стыла в моих жилах.

— Театр, мой друг, театр, — с наигранной меланхолией вздохнул он. — Даже не знаю, что теперь с тобой делать… — Аркадий выпятил губы и покачал головой как китайский болванчик. — Свернуть тебе шею? А может, остановка сердца? — он с вопросительной жестокостью посмотрел на меня. — Как у тебя с сердцем? Не пошаливает? Это и у молодых бывает. А может, ты предпочитаешь совершенно случайно упасть и удариться головой об угол стола?

— Тебя все равно найдут, Аркадий, — с замирающим сердцем произнесла я, — тебе не удастся уйти.