– Я даже не представлял, что ты так отреагируешь! Я приходил к тебе по ночам, садился рядом и смотрел, как ты спишь. Тебе снились иногда кошмары и ты стонала во сне. А иногда улыбалась. И я безумно хотел лечь рядом и обнять. Но не смел даже пальцем тебя коснуться.

– Марк!

Понтифик ласково погладил ее по волосам и с силой прижал к себе любимую. Девушку стала бить дрожь от сдерживаемых рыданий.

– Мне так нужна была твоя любовь, чтобы ты хоть как-то показал, что продолжаешь любить, - прошептала она, всхлипывая.

– Я знаю!
– прошептал он, - Я возненавидел себя, когда ты сбежала.

Марк отстранил Лину и медленно встал перед ней на колени, склонил низко голову.

– И я прошу у тебя прощения за это. В том, что ты ушла, только моя вина!

– Марк!
– ошарашено воскликнула Лина.

Она потянулась было к понтифику, но тот лишь обнял ее колени и прижался к ним губами.

Девушка совсем не ожидала, что высший будет винить себя в ее побеге.

– Лина, прости. Прости, что меня не было рядом, когда я был нужен тебе! Я клянусь, больше такого не повторится, и я тебя никогда не оставлю!

Лина горько усмехнулась. Никогда - это слишком долго.

Это не в его власти, она все-таки смертная. Но хотя бы на время можно об этом забыть.

Нужно забыть.

Она прижала к себе его голову:

– Я верю тебе!

…

Лина с удовольствием приняла ванну, затем позавтракала. Жак приготовил любимые ее оладушки, чтобы порадовать неожиданно появившуюся госпожу и девушка была ему благодарна за теплый прием. Впрочем, как и Софи. Она специально собрала всех слуг в гостиной и извинилась перед ними за то, что доставила столько неприятностей из-за своего побега.

Но после завтрака Марк попросил ее очень быстро собраться. Он предупредил, чтобы девушка надела длинную юбку и закрытую блузку. И никаких драгоценностей.

– Куда мы едем, Марк?
– спросила она, спускаясь по лестнице на первый этаж.

Понтифик, не выпускавший ее руки, как будто все еще боясь, что она снова убежит, с легкой улыбкой ответил:

– В церковь!
– и подмигнул ей, когда Лина ошарашено остановилась на полпути, - Снимать инициал!

29 Глава.

Всю дорогу до Новокузнецкой Лина пыталась выведать у вампира, куда и зачем он ее везет. Несмотря на их примирение, девушка не могла перебороть подозрительность в отношении мужчины, хотя и понимала, что видимых причин для этого нет. Марк очень ясно дал понять Лине, что все ее сомнения в его любви абсолютно беспочвенны. Вот и сейчас он вел машину, постоянно оглядываясь на девушку на соседнем сидении и держа ее ладонь в своей руке, словно боясь еще раз потерять.

Небольшая церковь в районе Новокузнецкой была очень милой и как-то по-домашнему уютной. Именно она стала пристанищем бывшего верховного главы Ордена, теперь исполняющего обязанности простого священнослужителя.

Впрочем, отец Сергий и в бытность руководителем, не уходил со своего поста, просто теперь у него стало чуть побольше времени на любимое дело.

Гостей своих он ждал, нервно прохаживаясь по внутреннему садику храма. Невысокий мужчина в возрасте с удивительно добрыми глазами, Лине священник показался смутно знакомым. В голове почему-то всплыла туманная картинка, как он берет ее за руку и что-то говорит стоящей рядом матери.

Девушка оглянулась на стоящего за спиной Марка. Тот представил ее священнику.

– Отец Сергий, это моя Лина.

Она протянула ему руку для пожатия, старик аккуратно взял ее пальчики и чуть сжал.

– Рад познакомится, дочь моя, - он мягко улыбнулся ей и повернулся к высшему, - Идите за мной.

Сергий быстро зашагал к небольшой темно-зеленой деревянной двери в дальнем конце садика. Пара переглянувшись, проследовала за ним.

Дверь вела в дом при церкви. Священник прошел вперед мимо открытых светлых комнат, свернул в коридоре к еще одной двери, спустился по лестнице вниз, в подвал и пошел дальше.

“Настоящие катакомбы”, подумала Лина, спеша за стариком, и посильнее сжала руку понтифика для уверенности.

Наконец эта гонка завершилась в одной из дальних комнат. Отец Сергий открыл ее своим ключом, пропустил вперед вампира с девушкой, и, войдя следом, закрыл дверь снова.

Лина оглянулась. Обстановка комнаты была крайне аскетичной. Небольшой деревянный, чуть покосившийся стол, на нем лежал тонкий стилет с рукоятью в виде распятия и стоял заполненный водой графин с пятью стаканами, вокруг стола четыре старых стула, на некрашеном полу старый темно-красный простой ковер без рисунка. Никакой другой мебели не было. Стены комнаты были простыми, без обоев, лишь покрашенные в грязно-зеленый цвет, и ни одного окна.