Унго понадобилось менее часа, чтобы разузнать, что именно случилось и как много известно стражникам о задержанной девушке. Сам я тем временем отсиживался в чайной, в числе неоспоримых достоинств которой были вкуснейшие булочки с корицей и наличие запасного выхода.

— Один из стражников увидел ее на улице, — рассказывал вернувшийся здоровяк. — Дэйни Лисанна была без шляпки, необычный цвет волос сразу бросился в глаза, и патрульный вспомнил недавние листовки — как раз на днях привезли, вместе со столичными газетами…

К ней подошли на улице, поинтересовались, кто она и откуда. Сана не смогла ответить, и ее задержали. До выяснения — имеют право.

— Дэйни Лисанна не преступница, в арестантской ее держать нельзя. Поэтому пока она, если можно так выразиться, в гостях у капитана. В его кабинете. Это на первом этаже, но окна зарешечены и выходят на улицу, прямо рядом с крыльцом, а там постоянно дежурит караульный.

— Плохо.

— Плохо то, что они собираются послать за баронессой Солсети. Дэйни Лисанна молчит… в силу некоторых обстоятельств. Ну и просто молчит. А они хотят, чтобы кто-то удостоверил ее личность.

Видимо, Менно отправлял запрос в пансион, где училась Сана, по официальным каналам, и для местных представителей закона не секрет, что именно княжна Дманевская под именем Милисенты Элмони какое-то время жила в Лазоревой Бухте…

А это может сыграть нам на руку!

— Унго, найми коляску, неподалеку есть стоянка. Попробуем перехватить дэйну Агату. Нужно только предупредить Сану, чтобы продолжала молчать… В смысле… Ты понял, да?

— Понял, — кивнул товарищ. — Но как с ней связаться?

— Да, задача. И тебя там уже сегодня видели, а личность ты приметная…

— Вам тоже не следует ходить, дэй Джед. Да и не пробраться туда.

— Пробираться не нужно, — меня уже осенила очередная бредовая идея. — И пойду не я.

— А кто?

— Вара.

— Кто? — Тайлубиец недоуменно выпучил глаза.

— Вара. Помнишь, работал у нас в поместье? Приехал, кажется, откуда-то из южных колоний. Акцент у него был презабавный… Окна, говоришь, на улицу выходят?

— Дэй Джед. — Унго, продолжая таращится на меня, испуганно сглотнул.

— В порядке я, в порядке. Коляску найми и жди у почты.

Я скинул сюртук, удовлетворенно оглядел не первой свежести рубаху и взлохматил волосы. Вара.

Лисанна

Я безумно устала и очень хотела спать.

Если бы не это, сейчас, наверное, плакала бы, пыталась бы вырваться из душного, даже невзирая на распахнутые окна, казенного кабинета. А так — спокойно сидела в жестком кресле у массивного письменного стола, за которым расположился напротив меня крупный большеносый мужчина с квадратным подбородком и тяжелым взглядом, изображавшим непрерывную работу мысли. Начальник городской стражи.

— Значит, вы не можете говорить, дэйни? — Он догадался об этом часа за два. Всего лишь. — Тогда вот. — Мужчина положил передо мной чистый лист бумаги и пододвинул чернильницу. — Напишите свое имя, будьте добры.

Я демонстративно сложила руки на груди: не стану я ничего писать.

Яра убежала. Она расскажет, что произошло, и за мной придут. Появится Рик, снова скажет, что я — его невеста, подпишет какие-нибудь бумажки и увезет меня отсюда. Или Джед.

Создатель Всемогущий, кого я обманываю? Рик ранен, он и с постели не сможет подняться без посторонней помощи. А Джед… Я зажмурилась, но поздно — одна слезинка успела скатиться по щеке. Джед…

— Помогай, добрый стража! Помогай! — заорали за окнами, и я задрожала, узнав голос. — Моя дэйни терять! Помогай искать, добрый стража!

— Чего орешь, парень? — последовало недружелюбное.

— Моя дэйни терять! — тараторил, коверкая слова, невидимый для меня оборотень. — Отвернуться минутка — дэйни пропадать! Красивый дэйни! Плать зеленый, волос белый. Очень красивый дэйни! Только дурной совсем. Ум нет, голос нет. Город теряться — не мочь кричать. Яма падать — не мочь кричать. Бандит грабить — не мочь кричать.

— Мужик под юбку лезет — не мочь кричать! — со смешком подключился кто-то из прохожих.

— Мужик под юбку лезть — дэйни бить, мужик кричать! Я тогда слышать. Город теряться — я не слышать. Помогай, добрый стража! Хозяин узнавать — моя пороть, деньга не давать, гнать шея. Хозяин один дочка иметь. Дурной совсем, говорить не мочь, читать-писать не мочь, но кра-а-асивый! Море возить, жених искать. А моя потерять. Помогай!

И это его план? Растяпа-слуга потерял скорбную умом хозяйскую дочку? Ох, не стоило Унго бить его так сильно.