Шрифт:
В королевстве редко что происходило, поэтому любое маломальское происшествие привлекало всеобщее внимание, после чего долго обсуждалось. До следующего происшествия. Последняя такая новость была год назад: прежний изобретатель сконструировал некое устройство, названное пропеллером, с помощью которого он хотел взмыть в небо, как птица. Сделал безумец это для того, чтобы привлечь внимание одной королевской фрейлины, очень видной и пышногрудой дамы. Естественно, что у него ничего не вышло, и бедняга насмерть расшибся о скалы во время первого же испытания своего изобретения.
Это событие наделало много шума, обрастая день ото дня все новыми подробностями и домыслами. В итоге все забыли истинную причину этого безумного поступка, вконец запутались и вскоре прекратили обсуждения. Придворные музыканты даже сложили об этом песню, которую исполняли королю во время обеда. Стихи оказались незамысловатыми, а музыка до того веселой, что Величество заучил ее наизусть и с радостью подпевал.
Он печален был, он ее любил, Но на всем ему отказ, чтоб он не попросил. С горя он тогда пропеллер смастерил. Как получилось — сам не понял! Как-то вышел он на луг и увидел вдруг: на краю утеса она молча смотрит вдаль. Охватила тут юношу печаль, и, разбежавшись, вниз он прыгнул. И с утеса вниз парень полетел, И завыл залетный ветер, гибели его свидетель. Плакала она и его звала, укоряла и бранила девушка себя: - Ах, какая я бестолковая! Ну почему в нем сомневалась?! И в тот самый миг юноша возник И с улыбкой над утесом в воздухе повис. И воскликнул он: — Милая, сюрприз! Но вдруг заглох его пропеллер. И с утеса вниз парень полетел, И завыл залетный ветер, гибели его свидетель.К слову сказать: нынешний изобретатель доработал конструкцию бедолаги, снабдив ее дополнительными лопастями, ременными передачами и ножным педальным приводом, вместо ручного. Весь механизм новоявленный конструктор закрепил на огромном шаре, который наполнялся горячим воздухом. На этот раз испытания увенчались успехом. Именно с помощью обновленной конструкции изобретатель королевства Даниэль поднялся в воздух и составил подробную карту государства, за что получил звание «мастера». А как звали прежнего, уже никто не помнит.
— Так вот, — продолжил Министр. — В селе никто не выходит в поля на работу — боятся старейшину. Тот носится по дворам с вилами, колет всех, кого видит. В общем, срывает посевную озимых, сукин сын. Я подробностей не знаю, об этом рассказала его старуха, которой чудом удалось сбежать и добраться до начальника гвардейцев. Я хотел, было, снарядит отряд, но ополченцев только-только, чтоб улицы патрулировать.
— Так что, мы можем совсем без урожая остаться? — почесал затылок шут, перекинув ногу на ногу, и посмотрел на короля. Тот, в свою очередь, приподнял одну бровь и исподлобья глянул на Министра.
— Так ить… — развел руками тот. — Что мне, самому туда скакать? А кто обороной города руководить будет?
— Какой обороной? Войны не предвидится, или мы чего-то не знаем?! — наиграно встрепенулся шут и стал озираться по сторонам. — У нас же с соседями, вроде как, пакт о ненападении подписан.
— Типун тебе на язык, убогий! Ты языком-то поменьше мети, еще беду накликаешь! — офицер трижды сплюнул через левое плечо. — Торговки базарные меньше тебя треплются, шут гороховый!
Последний вытащил из-под одежды игрушечный скипетр, потряс им над головой, заулюлюкал, высунув язык, и затряс ногами.
— Даром что дурак! — в сердцах отмахнулся Министр. — Тут без Советника не обойтись.
Вельможи вновь зашушукались, а один из них, в длинном белом парике, постарался затеряться в толпе, но его вытолкнули вперед. Поклонившись, мужчина встал рядом с офицером, расправил свой зеленый, шитый золотом кафтан и поправил пенсне.
— Ваше Величество, полностью согласен с Вами! — и поклонился еще раз, едва не сложившись пополам.
Государь закатил глаза к потолку и на мгновение задержал взгляд на огромной многоярусной люстре, которую собрал Даниэль. Еще одно изобретение мастера, которое со дня на день должно заработать. Все заключалось в каком-то электричестве. Что это такое изобретатель не стал объяснять, сославшись на непонятные слова. Король не стал настаивать и попросту согласился, тем более что в том году пчелы куда-то подевались, и в государстве стало одной проблемой больше: снизилась добыча воска, из которого делали свечи для освещения замка.
Шут снова толкнул хозяина в бок.
— Ну да… — очнулся тот. — С чем согласен, любезный? — переспросил Августейший.
— С вами, — ответил Советник, совершая очередной поклон.
— А я разве что-то предложил? — король удивленно посмотрел на шута, и тот отрицательно замотал головой, от чего бубенцы на его шапке заливисто зазвенели. — Так с чем же ты согласился тогда? Да… И что делать теперь?
Вельможи стали переглядываться, пожимать плечами и шептаться, делая вид, что весьма заинтересованы способами решения данной проблемы.
— Не шута же мне посылать?! — король выронил-таки державу, и она, пропрыгав по мраморным ступеням, покатилась по полу, остановившись у ног Советника. Сам шут и ухом не повел, только ухмыльнулся и встал во весь рост.
— Ну, — Он упер руки в бока и осмотрел носки своих клоунских сапог с загнутыми носами, — если кроме меня других кандидатур нет, то я, так и быть, послужу отчизне.
Придворный балагур повернулся к хозяину и, приложив руку к груди, поклонился, метя колпаком пол.
— Быть по сему! — Государь поднялся с трона. — Отправляйся немедленно, по прибытии — доложить мне лично!