— Мы шли с ним вдоль берега, — ответил он. — Затем Джимми, сказав, что хочет посмотреть еще кое-что, не уточнив при этом, что именно, через дюны направился в глубь острова.

— Сколько времени прошло с тех пор, как вы с ним расстались?

Райнхарт посмотрел на часы.

— Часа три. Я долго добирался обратно пешком.

— Сколько часов светлого времени осталось в нашем распоряжении? — поинтересовался шериф, не обращаясь ни к кому конкретно.

Бак Моусес посмотрел на солнце.

— Около пяти часов, — сказал он.

— Так, думаю, нам следует поскорее отправиться к озеру и взглянуть, не найдем ли мы других останков. Заодно, может быть, подстрелим этого аллигатора.

— Вам не найти этого парня, — заметил Бак Моусес.

Шериф, видимо, догадавшись, что перед ним знаток невидимой жизни леса, спросил:

— Почему?

— Этот гатор хватает и убивает свою добычу, а потом прячет ее где-нибудь — под корягой или под камнем — но в любом случае под водой. Если вы пошлете людей шарить в воде, гатор утащит еще кого-нибудь.

— Я и сам бы не полез в воду к этой двадцатифутовой твари, — сказал шериф.

— Вы также не пристрелите этого аллигатора, — твердо заявил Ангес.

— Но ведь он же людоед, мистер Драммонд, — попытался объяснить шериф. — Мой долг сделать все возможное, чтобы обезопасить от него людей.

— Это мой аллигатор, и он живет на моем острове. Он поступает так, как ему определено природой, и никто не посмеет пристрелить его за это.

— Ни один гатор не вылезает из воды, чтобы напасть на человека, — заметил Бак. — Он уволок Джимми, Джимми стоял в воде.

— С какой стати он полез в воду? — спросил архитектор.

— Не знаю, — ответил Бак, — но гатор не выползал из озера, чтобы напасть на него.

— Но он же напал на меня в тот раз, — вступила в разговор Лиз.

— Ты стояла в воде? — обратился к ней Бак.

— Да, — признала Лиз. — Примерно по колено.

— Тебе здорово повезло, что это колено у тебя осталось на прежнем месте, — сказал Бак.

— А то я не знаю.

— Ну, хорошо, хорошо, — сказал шериф. — Мне нужно собрать как можно больше вооруженных людей с карабинами, ружьями, снаряженными патронами с двойными пороховыми зарядами.

— Никто не посмеет стрелять в аллигатора, — еще раз заявил Ангес.

— Хорошо, нам нужно поискать останки тела, и я не могу просить людей отправиться на такое дело безоружными, — решительно сказал шериф.

— Но не раньше, чем вы уясните себе, что никто не выстрелит в него без крайней необходимости, — отрезал Ангес. — В этом случае я могу раздать кое-что из своего оружия.

Через час группа добралась до конца дамбы.

— Итак, мисс Барвик, — обратился к Лиз шериф. — Покажите, где вы нашли руку?

Лиз указала место.

— Вон там, футах в пятидесяти отсюда вдоль по дамбе, она торчала из травы. Я видела только кисть и запястье.

— Пусть двое пойдут со мной, держась чуть сзади, — скомандовал шериф, поигрывая карабином.

Шериф медленно вышел на дамбу, пристально всматриваясь в густую траву, покрывавшую берег озера. За ним по пятам следовали Бак Моусес и архитектор; оба сжимали в руках пистолеты.

— Он не схватит вас, шериф! — усмехнулся Бак. Он, казалось, веселился, глядя на этих бестолковых белых.

— Смотри сюда! — позвал Бак.

Вся группа замерла.

— Гатор тащил его вот здесь.

— Мисс Барвик, — позвал шериф, — вы можете подойти сюда с фотоаппаратом?

Глубоко вздохнув, Лиз решительно двинулась к ним по дамбе.

— Будьте добры, сфотографируйте вот это окровавленное место и вот это, где вы нашли руку, и вот это в самой грязи, где, похоже, что-то проволокли в воду.

Лиз сфотографировала все, что просил шериф, но при этом ее всю трясло.

Несколько минут спустя все собрались около машин.

— Не знаю, что, черт подери, еще предпринять, — проговорил шериф, вопросительно изогнув бровь. — У меня никогда еще не было подобного случая.

— Больше ничего сделать вы не сможете, — сказал Бак. — Гатор уволок Джимми. Мы больше никогда не увидим Джимми.

— Итак, вы полагаете, Бак, что аллигатор не выйдет из воды и не станет охотиться за человеком? — спросил шериф.