Черчилль часто останавливался в отеле «Де Пари» в Монте Карло, в пентхаусе, приготовленном специально для него. Однако обедать он любил внизу в компании миссис Ривз, известной под прозвищем «Хрустальная Венди». Эвелин Воф, которая останавливалась там же, писала Энн, жене Яна Флеминга:

Однажды он неудачно упал в отеле, и это стало началом конца. Его переизбрали в Палату общин в 1959 году, однако он никогда больше не выступал там с речами и последний раз в этом месте, которое так любил, был 27 июля 1964 года. В ноябре он отпраздновал свой девяностый день рождения и умер 24 января. В последние дни он ни от чего не страдал. Последние его слова: «Я от всего устал». Но затем он добавил, обведя взглядом людей, собравшихся вокруг его постели: «Путешествие было приятным, и это стоило сделать – один раз!».

27 января 1965 года гроб с телом Черчилля перенесли /из его дома в Гайд Парк Гейт в Вестминстер-холл. Более ста тысяч человек медленно прошли мимо катафалка. 30 января 1965 года в 9:45 гроб на серых лафетах, последний раз использовавшихся во время похорон королевы Виктории, перевезли из Вестминстера в собор Св. Павла. Государственный траур, объявленный Парламентом, стал первым трауром по политику со времени смерти Гладстона. Однако трагическое великолепие печального события могло быть сравнимо лишь с похоронами герцога Веллингтона в 1852 году. Сразу после окончания церемонии, на которой присутствовала королева, еще пятеро монархических особ и пятнадцать глав государств, гроб на лодке проследовал вниз по Темзе, затем от станции Ватерлоо до остановки Лонг Хэнбороу, что неподалеку от станции Блэдон, откуда он был перемещен в домашнюю церковь Бленхейма. Черчилль был похоронен на церковном кладбище рядом со своим отцом, матерью и братом Джеком, менее чем в миле от того места, где был рожден.

Из девяноста лет своей жизни пятьдесят пять Черчилль провел в Парламенте, тридцать один в Кабинете министров и почти девять лет он был премьер-министром. Он присутствовал или принимал участие в девятнадцати битвах и получил четырнадцать наград за участие в кампаниях. Он был заметной фигурой во время Первой мировой войны и центральной – во Второй мировой. Он опубликовал почти 10 миллионов слов, гораздо больше, чем многие профессиональные писатели – за всю свою жизнь, и он написал более пятиста полотен, превысив достижения многих профессиональных художников. Он построил дом и устроил сад. Он являлся членом Королевского научного общества и Старшим братом в «Тринити Хаус», он был лордом-хранителем пяти гаваней, членом Королевской академии художеств, канцлером университета, Нобелевским лауреатом, кавалером Ордена Подвязки, ордена Кавалеров Почета и ордена Заслуг. Несколько городов сделали его своим почетным гражданином, дюжины университетов присвоили ему почетные степени и тринадцать стран наградили его государственными медалями. Он играл по-крупному и выиграл много раундов. Количество выпитых им бутылок шампанского не учтено, однако оно приблизительно равно двадцати тысячам единиц. У него была большая и глубоко любимая семья, а также бесчисленное множество друзей.

Уинстон Черчилль прожил полноценную жизнь, и мало кто из людей будет способен сравниться с величием, разнообразием и успехом в различных сферах жизни. Однако каждый может учиться на его примере, изучив пять уроков.

Урок первый: всегда стремиться к вершине. Ребенком Черчилль был лишен отцовского одобрения, мать также мало в чем его поощряла. Он осознавал свои неудачи в школе. Однако он все равно стремился достичь вершины. Он поборол свою нелюбовь к математике, что дало ему возможность сдать экзамен. Он добился большого успеха в том, что мог делать на «отлично», во владении английским языком. Осознавая свое невежество, он заставил себя изучить историю Англии и ознакомиться со значимыми литературными произведениями. Став хозяином своей судьбы, он играл в поло, чтобы завоевать высшую мировую награду. В течение короткого промежутка времени он принял участие в пяти военных конфликтах и стал ветераном боевых действий, а также одним из самых опытных (и высокооплачиваемых) военных корреспондентов в мире. Затем он нацелился на Палату общин, где пробыл постоянно (с небольшим перерывом) более полувека. Он жаждал власти и получил ее, усиливая свое влияние. Он никогда не жаждал и не выпрашивал кабинетной должности, однако получал ее на своих собственных условиях. Он хотел стать премьер-министром, осознавая, что только он в силах добиться конкретных целей. В 1940 году он устремился не просто к вершине, но на самый верх – к спасению раздираемой страны, над которой нависла угроза общенациональной деморализации, к тому, чтобы страна обрела крепкую почву под ногами, к тому, чтобы привести свою страну к спасению и победе. Он не всегда достигал поставленных целей, однако стремясь к вершине, он всегда достигал чего-то стоящего.

Урок второй: альтернативы тяжелому труду не существует. Черчилль нарушал данный постулат эффективным (для него) ритуалом, проводя утро рабочего дня в постели, делая телефонные звонки, консультируя и диктуя. Он также открыто наслаждался своим свободным временем, которое для него стало иной формой тяжелого труда, стараясь держать себя в форме и хорошо отдохнуть, чтобы выкладываться по полной, исполняя свою работу. Баланс, который Черчилль поддерживал между изматывающей работой и плодотворным, восстанавливающим силы отдыхом, является предметом изучения для любого высокопоставленного работника. Однако он никогда не уклонялся от тяжелого труда. Он нес ответственность за принятие важных и опасных решений в течение шестнадцатичасового рабочего дня, что само по себе является самой тяжелой работой. Составляя речь, он старался добиться совершенства. Никто и никогда не прилагал столько усилий, чтобы стать таким искусным оратором. Он заставлял себя преодолевать большие расстояния, часто подвергаясь лишениям и опасности, чтобы встретиться с высокопоставленным государственным деятелем лицом к лицу в обстановке, где его обаятельная убедительность срабатывала наверняка. Он тяжело трудился над любым делом, прилагая максимум усилий: в Парламенте, на административной работе, в области геополитики и геостратегии, сочиняя книги, рисуя, создавая идеальный дом и сад, наблюдая за вещами и по возможности изготавливая что-то для себя. Ошибки. Он совершал их постоянно. Однако в его работе не было ничего низкопробного или бесполезного. Он тратил много энергии на все начинания и был в состоянии все это делать лишь потому, что (как он сам мне это сказал) мог накапливать ее и разумно расходовать свои запасы. Существовал некий парадокс в том, сколько мышечной силы он растрачивал, обладая при этом белым и по всей видимости слабым телом.

Урок третий – и самый важный: Черчилль никогда не позволял ошибкам, катастрофам – личностным или общенациональным – случайностям, болезням, отсутствию популярности или чрезмерной критике выбить себя из седла. Его способность восстанавливаться как после физических недугов, так и после психологических потрясений была поразительной. Быть обвиненным в ужасающем провале и огромных потерях во время операции в Дарданеллах было громадным грузом. Черчилль ответил тем, что принял участие в боевых действиях на западном фронте, где он терпел лишения и неудобства, подвергаясь опасности, а позднее проделал замечательную работу в министерстве боеприпасов. Он выставил себя на посмешище, отказавшись от должности, и был осмеян Палатой общин в одной из самых жесточайших форм унижения человеческой личности. Он вновь поднялся на ноги и тяжело работал, чтобы вернуться обратно. Он обладал мужеством, одним из важнейших человеческих качеств, которое неотделимо от силы духа. Это врожденные качества, однако их можно развивать, и Черчилль работал над этим всю свою жизнь. В некотором смысле вся его карьера является примером того, как можно проявлять, воспитывать, контролировать, осторожно расходовать мужество, повышать его и концентрировать и делиться им с другими. Люди, неуверенные в своих силах, могут обратиться к примеру Черчилля, чтобы почерпнуть мужества и уверенности.

Урок четвертый: Черчилль тратил ничтожное количество времени и эмоциональных сил на подлости жизни: контробвинения, злобу, месть, распространение сплетен, зависть, сведение счетов и многое другое. В тяжелой борьбе он не марал руки и, закончив одну, приступал к новой задаче. Это и является одной из причин его успеха. Нет ничего более опустошительного и изнуряющего, чем ненависть. Черчиллю нравилось прощать и мириться. Его отношение к Болдуину и Чемберлену после его избрания премьер-министром является наглядным примером высочайшего благородства. Ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем замена враждебности на дружелюбие, даже в отношениях с немцами.