В кармане Джехангира свистнула рация. Из Жуковки звонил командир оперативной группы, которую он взял с собой. Мстислав Калинович выслушал сообщение, глянул на часы.

— Дубневич вычислил агента контрразведки, но живым взять не смог.

— Почему он не известил тебя о проведении операции?

— Захотел отличиться. Чует, что я ему не доверяю. Ты намекал на то, что знаешь будущие события. Давай свой прогноз.

— У вас объявился какой-то очень серьезный противник. Он жаждет уничтожить «Объект № 2» и готовится к нападению.

Джехангир остановился.

— Неужели Крутов? Но ему не на кого рассчитывать, он остался один.

— Не знаю. Угроза вырисовывается достаточно рельефно, я вижу определенного цвета «поток внимания», а кто окажется ее реализатором…

— Понял. Что ж, это может быть и Крутов, и резидент военной контрразведки, переигравший Дубневича. Придется ускорить «зачистку».

Мстислав Калинович поднес к губам брусок рации.

— Мелещенко, свяжитесь с Рахимовым. Он и его люди должны быть здесь не позднее завтрашнего полудня.

— Я бы посоветовал другое, — сказал бесстрастно Умар Гасанович. — Не мешать Крутову или тому, кто задумал посетить объект. Пусть они начнут… а потом твои люди довершат начатое и уберут ненужных исполнителей, свалив вину на них.

Джехангир задумался, тихо рассмеялся, сжал локоть Тимергалина.

— Все-таки я не зря взял тебя с собой. Ты прав. Это идеальный выход из положения. Подождем Дубневича, что он скажет в свое оправдание. Если он не захватит Крутова, оправдаться ему будет очень трудно. — Мстислав Калинович снова достал рацию. — Кремера ко мне.

Через минуту из темноты вынырнула черная фигура.

— Я здесь, товарищ генерал.

— Забери у Сватова девчонку из Ковалей и отвези на склад ГСМ. Оставь с ней двух легионеров.

— А парня?

— «Мститель» пусть останется в отстойнике. Если повезет, он дождется своего приятеля.

Личный телохранитель Джехангира исчез.

Тимергалин остановился поодаль, снова запрокинул голову в небо.

— Какая ночь!.. Посмотри на звезды… они ведь разговаривают с нами… неужели не слышишь?

Джехангир мельком глянул на купол небосвода с крупными звездами, перечеркнутый серебристой полосой Млечного Пути, и равнодушно ответил:

— Не слышу…

КРУТОВ

Вертолеты шли на бреющем, прижимаясь брюхом к поверхности земли, буквально цепляясь полозьями за вершины самых высоких сосен, — два легких многоцелевых «Ансата» в камуфляже, способных нести по пять-шесть десантников с полным боекомплектом. Сигнал Крутова — выложенную из тонких осиновых стволов стрелу на поверхности болотца в трех километрах от поселка, они обнаружили практически сразу, не выписывая поисковых кругов. Сели на песчаном мысу в сотне метров от стрелы, и Крутов вышел к ним из метровой высоты тростниковой крепи.

Отодвинулась дверца отсека, на песок спрыгнул Саша Зубко в обычном гражданском обмундировании: серый пиджачок под названием «лапсердак», застиранная до цвета «линялый» футболка, не первого надёва брюки, лапотного вида сандалеты, — сорвал травинку и, засунув ее в рот, двинулся навстречу. Вслед за ним никто не вышел, и у Егора екнуло сердце: стекла кабин вертолетов были затемнены, и ему показалось, что внутри никого нет.

— Привет, командир. — Саша подал шершавую твердую ладонь. — Давно ждешь?

— Ты один?

Зубко понял, ухмыльнулся.

— Дисциплина, Лукич. Сидят, ждут.

— Кто?

— Марат, Кока, Серый, Воха… все наши, одиннадцать волкодавов. Я мог бы взять и второе отделение, но подумал, что справимся.

— Правильно подумал. Как прошли? Кто-нибудь видел?

— Может, кто и видел, только не локаторщики. Во-первых, вертолеты покрыты спецпомадой, поглощающей ВЧ, во-вторых, шли мы на пузе, противозигзагом, обходя радиобаты. Я карту достал с координатами.

— Молодец. Разгружайся. Впрочем, погоди. Ты хорошо понимаешь, что будет, если мы проколемся?

— Дальше Чечни не пошлют, меньше взвода не дадут, — беспечно махнул рукой Зубко, посерьезнел. — Ну уволят из службы, так ведь и на гражданке жить можно? Частное антитеррористическое агентство открою. Расскажи лучше, что за контору надо взять.

— Позже. Зови ребят.

— Отсюда пойдем?

— Ближе на технике не подойти, засекут.

— Тогда принимай командование, Лукич. Кадры тебе все знакомы, а условия ты знаешь лучше, чем я. Давай вводную.

Крутов стукнул кулаком в плечо Александра и вскинул кулак над головой. И тотчас же сдвинулись двери кабин и на землю посыпались десантники, похожие в своих спецкостюмах на космонавтов. Егора обступили со всех сторон: громадный Балязин, худенький живчик Погорелов, высокий и гибкий, как лоза, Костя Морозов, сильный, с железными пальцами Воха Васильев, — сдержанно выражая радость от встречи, хлопая его по спине и плечам, и тут же мгновенно выстроились в шеренгу после негромкого «гм!» Зубко. Крутов проглотил ком в горле, прокашлялся.