Ядрей обрадовался огонькам и ускорил шаг, он уже почти бежал, но огни от этого не становились ближе, наконец, парень совсем обессилил и упал на снег, а впереди, как и прежде, сквозь редкие ветки деревьев светились огоньки деревни.

«Наверное, я совсем заблудился, — подумал Ядрей, — вот сейчас немного посижу под деревом, отдохну и пойду дальше. Я должен дойти до деревни, только надо хорошенько осмотреться по сторонам».

Так он сидел, и размышлял, сначала было тепло, разгорячённое быстрой ходьбой тело, отдавало тепло одежде, та в свою очередь вновь согревала тело, но потом он почувствовал, что понемногу начинает замерзать.

«Всё, нужно вставать и идти дальше, иначе замёрзну. Морозище-то смотри, крепчает, — парень поднялся на ноги и пошёл вперёд, но ноги слушались с трудом. Так он прошёл ещё немного вперёд к светившимся впереди огонькам и внезапно вышел на поляну. Точнее это была даже не поляна, а очередное болото, и это болото переливалось огоньками. — Это не деревня, это болотные огни, я заблудился окончательно, — решил парень. — Хотя постой, что это там впереди? Кажется хижина на болоте».

Он присмотрелся, действительно в центре болота, на бугорке стояла хижина, в одиноком окне горел свет.

«Мне всё равно кто там живёт, — решил парень, — если я не попаду туда, не обогреюсь и не отдохну, я окончательно замёрзну и тогда уж наверняка не доберусь до деревни. Так пускай там хоть сами демоны обитают. Я просто попрошусь обогреться у очага, но как добраться туда через болото».

Он оглянулся по сторонам, нашёл тонкую берёзку, что росла на краю болота, достал кинжал и начал её рубить. Промёрзшее дерево поддавалось легко, и не дорубив до конца, Ядрей легко сломал его, потом очистил от ветвей, слега была готова, и он, немного отдохнув, пустился в путь через болото. Он осторожно пробирался между призрачных огней к далёкому, и в тоже время близкому, но такому неизвестному огню. Это показалось странным Ядрею, но чем ближе он подходил к холму, на котором стояла хижина, тем, становилось теплее, снежный покров тоньше, местами из-под земли вырывался пар, но топи нигде не было. У самого склона холма снега вообще не было, и на самом склоне даже зеленела трава, а от земли исходило тепло, как от печки, парень даже расстегнулся.

«Здесь, наверное, живут подземные Боги, те которые топят землю, — подумал парень, — может мне и не стоит к ним соваться, но я могу отдохнуть и обогреться прямо здесь на холме, не просясь вовнутрь. Здесь в тепле я посплю до рассвета, а потом буду дальше искать дорогу в деревню. А с другой стороны. Чем я могу навредить Богам? Ничем, я простой смертный, зайду, попрошусь отдохнуть. А может там и добрые люди живут? Подскажут, как мне из леса выбраться, да до деревни добраться. Всё, будь, что будет, пойду в дом».

С этими мыслями он поднялся на вершину невысокого холма и постучал в двери хижины. На его стук ни кто не ответил, тогда Ядрей постучал ещё раз, вновь тишина и он потянул на себя двери, те оказались не запертыми.

— Мир дому Вашему хозяева, — проговорил Ядрей, слегка приоткрыв двери. — Позвольте войти? — Ни кто не ответил на вопрос. — Нет никого, или как? Ладно, войду, чай не выгонят.

Он ступил через порог дома, внутри горел жаркий огонь в очаге, над огнём висел казан, в котором, что-то кипело, по углам хижины горели лучины, а чуть в стороне от очага стоял стол с лавками, за ним друг напротив друга сидели два человека. Они, что-то попивали из больших деревянных кружек, и казалось, совсем не заметили гостя. В хижине было жарко натоплено, но, не смотря на это хозяева, одетые в теплые меховые одежды, казалось, чувствовали себя волне комфортно. Лиц их рассмотреть было невозможно, так, как головы украшали густые нечесаные волосы и бороды, по сути, виднелись только рты, которые открывались, когда их хозяева подносили кружки, над густыми бородами возвышались как холмики носы и широко открытые глаза, не мигая, смотрели друг на друга. Были они совершенно одинаковыми, только вот у одного нос был курносый, мясистый, такой большой картошкой, среди нечёсаных зарослей чёрных как смоль волос, и лицо, по всей видимости, было круглым, как блин. Второй же имел золотистые, цвета зрелой пшеницы волосы, тонкий, крючковатый нос. Приглядевшись получше, Ядрей понял, что и фигуры у людей были разные, тот, что с чёрными волосами, кажется, был широкоплечим, коренастым и невысокого роста, возле него на полу, прислоненная к лавке стояла большая булава. Второй же, золотоволосый был строен и высок, вооружения его парень не видел, но предположил, что ему больше подходит большой, двуручный меч.

— А ты, говорил не дойдёт, нет, дошёл, вот он в дверях стоит, — произнёс золотоволосый, обращаясь к своему товарищу и не обращая внимания на Ядрея.

— Да, ты оказался прав, парень упёртый, ну ничего жизнь обломает.

— А если не обломает? Если наоборот закалит?

— Не знаю, молод он слишком.

— Старого тем более не переделать. Другой бы давно уже в лесу замёрз, или в болотах сгинул, а этот дошёл. И не побоялся к нам прийти, через огни пограничные пройти.

— Да, не побоялся, — согласился черноволосый.

Разговор явно касался непосредственно Ядрея, поэтому парень набрался смелости и решил перебить собеседников.

— Прошу простить меня добрые люди. Не позволите Вы мне Вашего очага погреться, уж больно мороз сегодня крепок. Я только погреюсь, отдохну и с рассветом пойду дальше.

Мужчины одновременно повернули головы и посмотрели на парня, их глаза удивили его, у того, что крепкий и черноволосый глаза были как два горящих уголька, а у второго как два бескрайних небосвода. Они внимательно посмотрели на парня, потом тот, что золотоволосый поднялся, подошёл к нему. Преобнял за плечи и легонько подтолкнул к столу.

— Отчего нельзя, проходи, конечно, — разрешил он.

— Присаживайся с нами, небось, голоден. — Произнёс второй, доставая из казана кусок варёной оленины и кладя её прямо на стол, перед парнем, — вот ешь, а я тебе сейчас крепкого эля налью.

— Спасибо, добрые люди, от угощения не откажусь. Позвольте узнать, в чей дом я попал.

— Да это неважно парень, — произнёс черноволосый, — ты нас всё равно не знаешь, главное, что попал. А куда ты путь держишь и откуда?