– Кишка тонка, - прохрипел он и видимо хотел плюнуть в меня, да вот только очередная волна боли заставила его передумать и лишь беспомощно морщиться.

– Итак, милейшие, - продолжала я, - попрошу впредь быть более толерантными по отношению ко мне и к моим друзьям, я уж не говорю о родственниках. Какие у вас ко мне претензии?

– Ты притащила к нам в своего темного муженька, - прорычал другой мужчина весьма милого вида.

– Я? Правда?
– деланно удивилась я.
– А доказательства есть?

– Нет, но...
– засмущался тот, но я резко его перебила.

– Тогда какого черта вы все это затеяли?!
– громко и зло проговорила я это, поочередно оглядывая всех, кто был в моей власти.
– Выродки, вы на кого посмели напасть?! Это что у вас геноцид такой изощренный или вы просто идиоты?

– Ты все равно нас не убьешь!
– заявил Андрей с апломбом.

– Даже не знаю, что заставило тебя так думать, - ласково проговорила я, - кто мне запретит? Кто меня накажет за твою смерть?

– Меня точно не накажут, - буднично проговорил Сумман, - давай я буду доводить дело до конца. А то я, получается, вообще зря приехал.

– Что здесь происходит?
– жестко и громко спросил Владимир Романович, стоя у меня за спиной.

– Ваши подчиненный искали меня, - пожала я плечами, - а когда я пришла, почему-то полезли драться.

– Как невежливо, Андрей, - покачал головой начальник, - Аврора, прошу тебя, прости их. Молоды, глупы, ты же понимаешь.

– Пусть сначала Андрюшенька прекратит душить невинного человека, - прошипела я, отпустив остальных, они мешками с картошкой попадали на пол. Андрей продолжал упрямиться и корчиться от боли во всем теле.

– Андрей, - укоризненно проговорил Владимир Романович и подтянул рукава своего синего свитера, - ты же знаешь, что нельзя так поступать с обычными людьми. Не дури. Или мне придется закрыть глаза на то время пока Аврора или ее друг прикончат тебя.

– Пошли вы все в...
– адрес остался неизвестен, потому что Сумман нанес Андрею рубящий удар по задней поверхности шеи и враг потерял сознание.

– Спасибо, - поблагодарил блондина глава светлых и обратился ко мне: - Это недоразумение. Я допустил все это безобразие, и приношу свои искренние извинения. Вы можете оба идти, мы сами все приберем.

– До свидания, - ответили мы одновременно с Сумманом, и вышли на улицу.

– Думаешь, на этом все кончится?
– спросила я.
– Мы можем спокойно разъехаться по домам?

– Не думаю, - блондин оглянулся на уже бездверный вход в агентство светлых, - думаю, за нами прикрепят хвост. Пройдемся?

– А почему не проедемся?
– спросила я, тоже оглядываясь.

– Ты мне не дала избить ни одного светлого, - хитро ответил Сумман, - мне скучно. Хочу развеяться.

– Куда идем?
– спросила я, стараясь не отставать.

– Пока прямо, а дальше за угол. За нами уже идут.

Меня эта игра тоже начала захватывать. Я проявила инициативу и создала нам прикрытие. Прохожие видели не красивого, высокого мужчину в пальто и невысокую девушку, а двух полноватых женщин, которые шли и обсуждали, как можно вылечить варикоз на ногах.

Сумман мысленно проворчал, что не желает прикрываться женской личиной. Я рассмеялась, но придумала нам новый образ. Теперь прохожие шарахались от двух, так скажем, 'братков', которые вообще шли молча, и грозно на всех взирали. Блондин снова остался недоволен.

– Хвост за нами. Придумай образы получше, так нас раскусят, - проговорил мне Сумман почти на ухо.

Я огляделась. Улица, по которой мы шли, тянулась вдоль нескольких корпусов авиационного института. Теперь шли студент со студенткой. Парень в джинсах и черной куртке с кучей карманов и девушка в сапогах по колено, короткой юбке и курточке лилового цвета.

– Пошли к трамвайной остановке, - я потянула Суммана за рукав.

– Я думал вернуться к машине, - он бросил в сторону рельс ненавидящий взгляд.

– Нельзя. Где ты видел студентов на 'Бентли'?
– Я уже можно сказать тащила блондина к остановке.

– Давай хотя бы на автобус пойдем.

– Нет проблем, - я слегка изменила наше направление.

За нами шел один из тех мужчин, которые засели с Андреем. Он знал, что мы где-то здесь, но не мог понять, где именно. Менять образ сейчас было нельзя, он бы почувствовал обман. Мы свернули за угол, здесь улица была совсем пуста, 'хвосту' некуда было деваться, и он поплелся за нами на остановку.