Что противник не условный и не учебный, я понял, когда после выведения из строя первой турели начался штурм базы. С настоящей стрельбой, мелькающими трассами, взрывами и трупами.

— Зяблик-четыре! Оставаться на месте! — Послышался тихий приказ в наушнике, едва я дернулся сменить «точку»… — Повторяю, оставаться на месте!

Что?! Но это же бред! Как это — не менять позицию после отстрела! Нонсенс! А если сейчас мина прилетит?! У них же все сектора должны быть пристреляны! Разумеется, с такой чудо-винтовкой меня, далеко не сразу найдут. Тем более, у них там сейчас стрельба в самом разгаре — по звуку пули мое местоположение тоже не определишь… Но я все равно «пересидел» тут, отстреляв полный магазин.

— Поменяешь позицию — убью! — Добавила Сигурэ, будто услышав мои мысли. — При контакте с противником — нейтрализовать нелетально! Повторяю — нелетально! Убьешь — убью!

Добрая и ласковая Сигурэ-сэнсэй! Я ее обожаю!

Какая жалость, что «волшебную винтовку» нельзя сейчас использовать по назначению! По движущемуся в моем направлении противнику! В моем, блджард, направлении!

Тут, понимаешь, их базу расхерачивают, а вот эти двое, петляя зайцами, несутся ко мне! Тьфу! Только так бы их сейчас снял! Но «убьешь — убью».

В этот момент в наушнике раздались первые аккорды до слез знакомой мелодии… Я поторопился стянуть с себя белых маскхалат… Место эти знают только приблизительно, но — не повод для моего спокойствия — мест, подходящих для снайперских лёжек тут не так уж и много, а следов я натопал много.

Мисаки Охаяси вылетела на точку, указанную отцом в качестве возможной лежки снайпера, и заозиралась, водя стволами двух пистолетов по кустам и деревьям.

Ну, это ожидаемо! Снайпер же не дурак — сменил позицию или вовсе начал отход. Но это не проблема — осветительные ракеты все еще висят, и они с Кином с легкостью определят, куда намылился этот урод! Ведь снег тут нетронутый лежит уже неделю! А на случай долгого преследования есть по четыре ракетницы у каждого из них и очки ночного видения… если снайпер — лось и убегать будет долго и быстро.

— Кин! Тут нико…

Что-то коснулось шеи, руки Мисаки дернулись, чтобы направить оружие назад, но в глазах помутнело, девушка вздрогнула, выронив оружие, и закатила глаза. Ноги подкосились и Мисаки бы рухнула на снег, но кто-то крепко держал ее сзади за ремни разгрузки.

Из лопнувших сосудов носа девушки на белую дубленку закапала кровь.

— Кин! Тут нико…

Кин Охаяси сдавленно зарычал, увидев, как в двадцати метрах дернулась сестра, и из ее рук на снег выпало оружие. Кто-то находился у нее за спиной, прикрываясь ее телом и не давая упасть. И не оставляя ни малейшего шанса прицелиться и снять…

Одежда на противнике — такая же белая. Это — единственное, что можно было о нем сказать. Тот самый снайпер, которого приказал взять отец, пока они с матерью будут разбираться с «этими кретинами» («Если не получится — уничтожить… Попрактикуйтесь, ребята!»).

Кин, не опуская стволов, внятно проговорил по-русски:

— Руки вверх! Будешь жить! Слово Дракона!

Рука сестры приподнялась и Кин увидел острие ножа, приставленного к подмышечной впадине. Ур-р-род!

Ладно… давай сделаем по-плохому.

Если этот мудак закрывается сестрой, то велика вероятность, что Мисаки еще жива. А еще это означает, что у придурка нет с собой короткоствольного огнестрела.

Кин демонстративно покачал «Глоками», медленно сунул их в фиксаторы на бедрах… и рванул к сестре. И тут же поймал ее — ублюдок отшвырнул ее от себя. Девушка слабо застонала. Жива! О, боги удачи! Жива!!!

Он, постаравшись превратить падение сестры в более-менее аккуратное контролируемое приземление на снег, тут же метнулся в сторону… и был сбит в полете мощным пинком под ребра.

Кин сделал подсечку (пусто) и тут же взмыл в вертушке по верхнему уровню (тоже пусто — отбежал куда-то, гаденыш!). В следующую секунду пистолеты снова были в руках и ощупывали стволами место схватки.

Справа! Кин с трудом уклонился от свистнувшего удара по затылку, вынужденно уйдя в перекат, перелетев через сестру! Ксо! У нее кровь на лице! Вот ублюдок вонючий!

Кин вскочил, на всякий случай «очистил» двумя «вертушками-мельницами» пространство вокруг себя, еще в воздухе сделав два сдвоенных выстрела в разные стороны и осмотрелся, водя «Глоками» по маленькой полянке. Противника снова не было.

Заполошенная стрельба из автоматов со стороны атакованной базы стихала, прерываемая скупыми, на три патрона, очередями из знакомых пистолетов родителей.

На всякий случай Кин упал еще раз, откатившись к дереву и, кажется, не ошибся — кто-то мелькнул на миг в том месте, где он только что стоял. Очередь на три выстрела в ту сторону… без особой надежды попасть — противник, судя по всему, владел «Танцем Бабочки»… и это совсем не вязалось с тем уровнем, который они ожидали от нападающих!