– Приведи этого человека, – разрешил охраннику Сыч. – Только проверь, нет ли у него чего в карманах, ты понял?

– Понял, шеф. Сделаем.

Аркадий Александрович тоже поспешил в ванную и, быстро одевшись, встретил гостя с самой любезной улыбкой, на какую был способен.

– Здорово, Ковш! Какими судьбами?

Они обнялись, и Сычев похлопал старого приятеля по спине.

– Сыч, чё такое, в натуре?.. Твои архаровцы меня обшмонали. Уже не веришь мне, что ли?

– Да ладно, Ковш, извини их. У них работа такая. Слушай, а правда – когда ты откинулся? Тебе ж вроде «пятнашку» влепили…

Ковш махнул рукой.

– Бежал я. Ну, не то, чтобы… Словом, пришлось забашлять кое-кому. А то, знаешь, сгнил бы в этой тюряге. Ты-то как? Процветаешь, говорят?

– Говорят? Кто говорит? На воле своих проблем – выше крыши. Все стали брать не по чину. Ментяры, суки, распоясались…, – Сычев подошел к бару и извлек оттуда пол-литровую бутылку «Немирофф». – Давай-ка, корешок, дёрнем за встречу. За освобождение твое… досрочное, – хохотнул Аркадий Александрович.

Они выпили по полной. Ковш по старой привычке занюхал рукавом; Сычев отправил в рот здоровую дольку лимона – прямо с кожурой.

– Повторим? – предложил он, сразу же вновь наполняя рюмки.

Бутылка пустела на глазах.

– Чем заниматься думаешь, Ковшик? – спросил Сыч.

– Да не врубился пока. А может, ты меня в свою бригаду возьмешь? Я еще всем твоим сопливым бакланам сто очков вперед дам.

– Я не сомневаюсь, кореш. Но дело вот какое. Я уже говорил – менты лютуют. В любой базар встрять норовят. Падлы… И я на воле гуляю потому только, что на беспредел не подписываюсь. Ты пойми, я тебя очень ценю, но если завтра «мусора» на меня насядут, то непременно с тебя начнут. У них это быстро – раз-два, и в дамки. Копнут чуть поглубже – и будь здоров. Никакой адвокат за уши не вытащит. Поэтому пока лучше тебе на дно уйти. А если хочешь, я тебе маляву дам. К Горелому. Есть тут такой конкретный пацан в соседней области. Бензоколонки держит, «телок» пасет, «челноков» потрошит. Короче все понемногу. Поработаешь с ним годик, а там, глядишь, и ко мне вернешься.

Ковш взял в руку бутылку и допил остатки прямо из горлышка.

– Не-е, брат, – протянул он. – Не по мне это – к какому-то урке зеленому в шестерки идти. Я на таких на «зоне» насмотрелся. Это они тут, на воле крутые. А за «колючкой» – тьфу, и растереть! Я уж лучше один работать буду. Правда, вот «лавэ» у меня менты, шакалы, подчистую конфисковали…

– Не вопрос, Ковш, – Сычев вышел в соседнюю комнату и через минуту вернулся с пачкой долларов. – Это тебе, братан, на первое время. Как закончатся – приходи.

– Слушай, Сыч, а…, – Ковш замялся, – порошочка у тебя нет? Здоровье поправить бы не мешало …

– Извини, не держу. Тут у меня всё должно быть чисто. Не ровен час, «товарищи» приползут, с «малявой» от прокурора. Что мне тогда – кричать, что не моё?

– А где купить-то можно? – не отставал Ковш.

– Да там же, где и раньше, только подороже.

– У цыган, что ли?

– У них, – подтвердил Сыч. – Да ты не беспокойся, товар у них чистый. Они теперь по понятиям работают.

Ковш посидел у Сычева еще с полчаса, а затем попрощался и ушел. От дачи Аркадия Александровича он направился на автобусную остановку. Его аккуратно «вели» двое самых опытных сотрудников полковника Казарьянца…

– Ну, как успехи? Что ты о нем думаешь?

– Знаешь, Ксюш, я бы не торопился с выводами. У меня даже мелькнула на секунду глупая мысль, что он безнадежно влюблен в тебя.

– И поэтому гадит мне при каждом удобном случае? Саша, я понимаю – тебе всегда нравились экзотические объяснения самых простых фактов. Но это явно не тот случай. Никулин меня терпеть не может, я это чувствую. Вот только за что?

– Допустим, вы встречались с ним раньше, – принялся развивать свою мысль Жуковский. – И где-нибудь в очереди за кефиром ты наступила ему на ногу…

– Саша! Хватит дурачиться, я серьезно спрашиваю.

– А что? В Испании в восемнадцатом веке вызывали друг друга на дуэль за любой косой взгляд.

– Но Павел Игнатьевич явно не тянет на испанского гранда. Особенно в части его отношения к женскому полу. Так о чем вы с ним договорились?

– Пока ни о чем конкретном. Я обещал добыть для него данные о сделках, которые готовит «ОКО» в ближайшем будущем. Если господин Никулин сочтет эту информацию стоящей – тогда и я смогу назвать свою цену…, – Жуковский устало зевнул и с хрустом потянулся.

Раздался стук в дверь.

– Войдите! – крикнула Оксана.

– Можно? – вкрадчиво спросил Носков, возникая на пороге. Оксана не раз подмечала в своем референте нечто кошачье; он старался двигаться тихо, чтобы никого не потревожить – в особенности тех, кого намеревался, фигурально выражаясь, схватить за глотку.

– Извините, Оксана Кирилловна. Может быть, я и зря вас потревожил. Тут информация с Интернета… На своей вилле, недалеко от Майами убит доктор Огородникофф. Это ваш однофамилец, или?..