Школа в Луисвилле стала тревожной чередой проблем с ограниченными учителями и жесткими правилами. Том признавал существование этой дилеммы и пытался помочь себе и сестрам приспособиться к новой жизни. Однажды, когда он с сестрами шел в школу, Том сказал им: «Давайте просто переживем это. Если бы мы только смогли через все это пройти…»

Без отца он чувствовал себя очень одиноким. Круз-старший почти не общался с детьми и никак не помогал им материально. Дела шли так плохо, что Тому и сестрам часто приходилось донашивать одежду своих двоюродных братьев и сестер.

Теперь Том стал хозяином в доме и чувствовал себя в этой новой роли как рыба в воде. Ему нравилась ответственность, нравилась его новая роль в доме. Его умение адаптироваться типично для родившихся под знаком Рака. Они обладают прирожденной способностью соответствовать ситуации при любых обстоятельствах.

Все эти годы Том тянулся к матери и сестрам, которые, в свою очередь, платили ему нежной и теплой любовью. Все пятеро жили в духовном родстве, которое было выше любых условностей.

«Моя мать — очень уступчивый, очень открытый и любящий человек. Она великолепный слушатель. Мои сестры очень похожи на нее — сильные женщины», — объяснял Том.

Семья понимала, что должна сплотиться, иначе окажется на грани полной нищеты. Мэри Ли была очень гордой женщиной. Она делала все возможное, чтобы содержать семью, но даже ей пришлось смириться с финансовыми затруднениями, которые так осложняли жизнь.

Однажды, когда она шла получать деньги на питание, увидев огромную очередь в департамент социальной защиты, ей стало так стыдно, что она развернулась и ушла, твердо решив, заработать необходимые деньги.

В семье трудились все: Ли Энн, Мэриан и, позднее, Касс. Они работали официантками в местных ресторанах. Том разносил теперь вдвое больше газет. В отличие от своих сверстников Том зарабатывал на жизнь, а не для того, чтобы потратить деньги на комиксы и футбол.

И снова другая школа — школа Св. Рафаэля в Луисвилле, которая была особенной в жизни Тома, потому что именно здесь у него появился лучший друг, Джефф Байерс.

Джефф, который до сих пор дружит с Томом и больше всего боится огорчить своего знаменитого друга, признается, что Том «был очень одинок», когда они впервые встретились.

Он очень внимательно следил за карьерой Тома и не может не признать, насколько многие роли Тома соответствовали реальной жизни. «Забавно, как близки к его жизни эти роли. Думаю, ему это помогало», — говорил он.

Директор школы, в которой учились четыре поколения Мапотеров, отказывается комментировать события тех лет, когда Том был их учеником.

Тому, очевидно, нравилось сочинять истории и рассказывать их другим ученикам школы. Он удачно скрывал свою подлинную личность за маской рассказчика о приключениях в Роки Маунтен и за нескончаемым потоком фантазии.

В это время Мэри Ли с детьми жила в удобном, но относительно скромном доме на Кардуэлл Уэй. Этот дом не был их собственностью, но находился на тихой улице, где жили семьи с детьми, хотя Том и не общался с ними слишком часто.

Обитатели этой улицы до сих пор вспоминают Тома как «парня, который любил сидеть на ступеньках дома и играть на гитаре, очень тихого, и, похоже, одинокого».

Сосед Билл Льюис вспоминает день, когда Том постучался в дверь его дома, 14 февраля 1976 года, и спросил, не надо ли подстричь газон; Билл и этот одинокий, печальный мальчик вскоре крепко сдружились.

«Никакая работа не казалась Томми грязной или сложной, если он мог заработать этим денег и помочь маме. В то время, когда большинство детей устраивали скандалы, шумели, он работал без передышки, день и ночь напролет. Он был необычным ребенком. Я говорил Мэри Ли, что она должна гордиться сыном», — с удовольствием говорит Билл.

Том вскоре стал считать Билла настоящим отцом. Он отчаянно нуждался в помощи и совете мужчины. В день окончания школы Том пришел к Биллу с галстуком в руке и, смущаясь, объяснил, что ни он, ни мать, ни сестры не знают, как завязывать галстук.

Билл вспоминает, что Том никогда не говорил об отце, добавляя при этом: «Мне казалось, что этот человек исчез с лица земли».

Дружба Тома с Биллом закончилась так же, как и со всеми остальными: однажды он зашел к Биллу и объяснил, что они снова уезжают, и он больше не сможет стричь газон.

До сих пор, вспоминая о своем друге, Билл утирает слезы.

Через много лет, когда Том взлетел на вершину славы, Билл написал ему сердечное письмо. Ответа он так и не получил.

Лето 1976 года было особенным в жизни Тома, потому что он, наконец, научился быть самим собой, а не прятать за фальшивой улыбкой нежелание заводить друзей из-за того, что семья все время находится в разъездах.