– У него на планете не было школы, - вставил реплику капитан.

– Что за чушь?! Они есть везде, на любой планете!

– На моей не было.

– И где вы нашли такое место? На Агрии или Гилее? А может, на Земле? Там, говорят, до сих пор остаются нехоженые уголки, куда никогда не ступала нога человека.

– Хирон.

– Что?

– Это такая планета, - пояснил я.

Неужели он никогда о ней не слышал?

– Алексей родился и вырос на Хироне?
– пояснил Воронцов.

– Это что, шутка? Там с роду не было никаких человеческих поселений.

Как будто я этого не знаю!

– Там разбился звездолёт моих родителей, у меня есть запись, - вытащил я из кармана информкристалл.

– То есть ты, парень, родился на Хироне?
– вытаращил глаза полковник.

Что только дошло?! Я молча кивнул, ну сколько можно повторять.

– Тогда почему об этом не трубят со всех экранов, во всех средствах массовой информации?!

– Господин полковник, это пока закрытая тема, поэтому мы с вами и связались - доверительно сообщил капитан.

– Что, Шевчук, морской чёрт, опять мутит воду во пруду, пока генерала нет?!

– Нет, как раз без него не хочет решать. Алексея ведь спас "Уильям Ледлоу", так что это теперь международная проблема.

Воронцов заикнулся было о политическом раскладе, налаживании отношений с Содружеством, но Дёмин только рукой махнул.

– А-а, опять эти интриги, подковёрные разборки... кх-м-м... давайте лучше сюда ваш фильм.

В ящике массивного стола нашёлся старенький голопроэктор.

Но изображение было чётким.

Я до боли в скулах стиснул зубы, вновь переживая крушение корабля, метания отца, своё рождение, гибель родителей. Сколько раз уже видел эти кадры, но всё равно...

– Да-а, - с задумчивым видом протянул полковник качая головой, - и как же ты там выжил, парень?

Только пожал плечами в ответ:

– Я старался.

– Хм-м, старался он. А родители твои где похоронены, там же, на Хироне?

– Нет, я привёз "кубики" с собой. Сейчас они на "Ледлоу".

– Ты уже думал об их последнем пристанище?

– Что?

– Где собираешься похоронить родителей?

– Господин полковник...

– Николай Николаевич!.. Пока мы одни, можешь звать меня по имени отчеству, - пояснил он.

– Тут вот какое дело, - протянул я, подбирая подходящие слова, - возможно, что могила уже есть.

– То есть, как это?

– Но ведь корабль погиб, разве их смерть вызвала сомнения?

– Символическая могила?

– Ну да, лучше похоронить урны в ней... если она есть... а то как-то нехорошо получается. Надо бы проверить.

– Шевчук сделал запрос?
– повернулся Дёмин к Воронцову.

– Не знаю, господин полковник, - мотнул тот головой.

– Так узнайте, а то приедет генерал и будет опять, как всегда - хватай мешки, вокзал отходит! Лучше заранее побеспокоиться.

– Господин полковник, вы должны понимать, что это не в моей компетенции.

– Научились вы там, в штабе, говорить умные слова. Узнать-то ты можешь?

– Я сделаю запрос, - кивнул капитан.

– Вот и хорошо. Слушай, Алексей, а что ты ещё привёз с Хирона? Ну-у, кроме праха родителей?

– Личные вещи, два бластера и комп.

– Компьютер с ИИ?

– ИскИном? Да, только инфа сильно повреждена. Да вы сами всё видели. Вся запись, как решето, дырявая.

– А где сейчас комп?

– На "Уильяме Ледлоу".

– Содружество получило доступ к информации?

– Не совсем.

– Как это?

– Я открыл её частично. Ну-у, как и вам: данные о крушении корабля, обстоятельства моего рождения.

– Остальное западники не взломали?

– Попытались, но ИскИн пригрозил всё уничтожить, и себя, и инфу.

– Суровый у тебя ИИ.

– Корабельные, они все такие!
– заявил я, чувствуя невольную гордость за напарника с которым провёл на планете долгих четырнадцать лет.

Дёмин только усмехнулся.

– Как я понял, Шевчуку ты тоже информации не предоставил?
– прищурился он.

– А он меня ни о чём и не спрашивал.

– О чём же вы тогда разговаривали?

– Ну-у-у...

Что тут можно сказать.

Воронцов хмыкнул, полковник повернулся к нему.